Галоша для дальнего плавания

— Да вроде ничего, все у него нормально… — как-то неуверенно ответила Татьяна, — в моем положении особенно выбирать не приходится. Любви, конечно, страстной между нами не получилось. Да я вот за Петеньку по любви выходила, а что вышло? А тут вроде человек солидный, воспитанный, машина есть, квартира, к Гошке хорошо относится, ну я и решила попробовать…

— Ну, подруга, у тебя действительно серьезные планы были на этого мужика!

— Да планы-то были, а дальше планов дело не пошло. Как ту фирму закрыли, его уволили, меня назначили на его место. Ну, больше вроде некого было, а я — тут, под рукой. Я сдуру согласилась — не понимала еще, какие здесь дела крутятся. Олег ушел с работы — и как отрезало: не звонит, не приходит. Я сначала вообразила, что ему обидно, что меня на его место назначили… Хотела поговорить с ним, объясниться… позвонила — он не отвечает. Больше звонить не стала — все-таки неприлично самой навязываться. А тут понадобились мне кое-какие бумаги от прежней фирмы, хочешь не хочешь, надо было с ним связаться. Ну, вроде как есть повод… я снова позвонила — тот же результат, тогда решила съездить к нему домой.

— Где это? — спросила я на всякий случай.

— На Васильевском… В общем, пришла я туда — а его уже и в помине нет. В квартире мастерская какая-то оборудована, в светлой комнате трое таджиков сидят и лекарства фальшивые по баночкам расфасовывают, в темной склад оборудован…

Она негромко хихикнула, как будто вспомнила что-то смешное:

— Знаешь, кстати, какое лекарство они там фасовали?

Я, естественно, помотала головой — ответа она и не ждала.

— Лекарство от простуды «Флювиталь»! Видела такую рекламу — промокший рыболов бросает таблетку в стакан, и простуды как не бывало? А я-то на эту рекламу польстилась и купила этот «Флювиталь», думала Гошке его давать, когда простудится. Но после того, что в той квартире увидела, выкинула всю упаковку… — Татьяна сделала небольшую паузу и продолжила, посерьезнев: — Я пыталась от таджиков добиться, где хозяин квартиры Олег Петрович Муромцев — так они по-русски ни слова не понимают. Бормочут что-то по-своему, единственное знакомое слово — полиция… Так и ушла ни с чем… Потом уж мне не до того стало, поняла я, в какую историю влипла с этой проклятой работой… Теперь ночей не сплю, все думаю, что делать! Скоро совсем от страха рехнусь!

— Господи! — выдохнула я. — А ведь у тебя ребенок!

— В том-то и дело… — Татьяна пригорюнилась.

— Так уходи из этой фирмы, пока не поздно!

— Кто же меня отпустит? У меня контракт, который я не могу разорвать в одностороннем порядке!

— Ну, я не знаю… скажи, что помирилась со своим мужем и возвращаешься к нему в Сибирь…

— Да… — Она задумалась.