Галоша для дальнего плавания

Когда ждешь, время течет медленно. Я покрутилась перед закрытой дверью аудитории, заодно огляделась в университетских коридорах и вспомнила свои студенческие годы.

Правда, я училась в техникуме, но у нас, как мне кажется, все было как-то строже и серьезнее. Возле двери деканата висели списки «хвостистов» и расписания переэкзаменовок. А здесь вместо этого развесили фотографии каких-то старинных церквей и дворцов, репродукции картин и гравюр…

Наконец зазвенел звонок, и студенты высыпали из дверей аудиторий.

На этот раз я не приближалась к Маше и вообще держалась в сторонке, стараясь остаться незамеченной. Этому способствовала моя неброская курточка нежно-крысиного цвета.

Зато Лену Симакову трудно было не заметить в любой толпе: ее красное пальто и длинные черные волосы буквально приковывали к себе внимание.

Она распрощалась со своими одногруппниками и торопливо зашагала к выходу из университета. Однако, немного не доходя до будки вахтерши, внезапно свернула в сторону и юркнула в боковой полутемный коридор.

Я на мгновение замешкалась, но тут заметила неплотно прикрытую дверь чулана, за которой виднелись ведра и швабры.

Убедившись, что на меня никто не смотрит, я заскочила туда, сдернула с крючка синий сатиновый халат, быстро облачилась в него, обмотала голову шарфом, вооружилась шваброй и, выскочив из чулана, бросилась вслед за Леной.

К счастью, Симакова не ушла далеко: она стояла перед дверью, явно кого-то поджидая.

Я согнулась в три погибели и принялась елозить шваброй по плиточному полу, понемногу приближаясь к объекту.

Когда дядя Вася учил меня основам так называемого наружного наблюдения, он не уставал повторять, что уборщиц, дворников и почтальонов никто не замечает. Их воспринимают как часть пейзажа или как предмет мебели, поэтому, прикинувшись представителем одной из этих профессий, можно увидеть и услышать много интересного.

Вот и сейчас Лена совершенно не обращала на меня внимания. Она взглянула на часы, недовольно прикусила губу и достала из сумочки мобильный телефон, набрала номер и проговорила:

— Ну, где же ты? Я пришла, торчу здесь под дверью, как последняя дура…

Выслушав ответ, она снова прикусила губу и спрятала телефон.

Прошло еще две или три минуты. Я все еще возила шваброй по полу.

Наконец дверь распахнулась, и в коридор вышел высокий длинноволосый парень в зеленом свитере. Парень был бы, пожалуй, красив, если бы не капризно-недовольное выражение лица и кривящийся рот. Все же, если бы его подстричь и снять дурацкий свитер балахоном, они с Леной составили бы красивую пару.

Мрачно взглянув на Лену, он односложно спросил:

— Принесла, — ответила девушка с каким-то непонятным выражением и что-то ему протянула.