Гардемарин (СИ)

— Марокканцы?! А нахрена им то? Вот уж у кого проблем с добычей кости быть не должно, так это у них. Цену пади маленькую предложили? Хотят у нас кость как у негров за бусы выкупить? — я настроен скептически, Марокко сейчас конечно не то, что в моё время и это скорее не одно государство, а несколько феодальных городов и княжеств, над которыми султан имеет только номинальную власть, но всё же это государство расположено в Африке, где сейчас слонов как грязи! Сейчас в ходу уже огнестрел, добыть слонов должно быть не так уж и сложно.

— Цену обещают дать хорошую, понятно, после взвешивания и оценки. Говорят, что заплатят по ценам Амстердама! Надо соглашаться господин Виктор, других тут всё равно покупателей не найдём или же в Италию или Испанию идти придётся. Они готовы отправить к нам оценщика сразу же, как получат от вас добро и цену предлагают обсудить у них на борту. Самим им корабль покидать нельзя почему-то, а жрать и правда скоро будет нечего! — быстро выпалил Дайон, смотря на меня умоляющим взглядом — понятно, что они нехристи и праведному христианину, и дворянину с ними дел вести невместно, но они хотят договариваться только с хозяином, с вами господин Виктор, то есть.

Немного подумав, я дал добро на сделку. А чего я выёживаюсь? У меня чего тут, очередь из покупателей стоит? Хватит бомжовать, пора и пожить как люди! Почистив свой камзол как мог, и на всякий случай вооружившись пистолетом и шпагой, я отправился на на галеас марокканцев.

Два полуголых негра на вёслах туземной долблёнки, да Дайон одетый как бедный матрос — вот и весь потрёпанный кортеж капитана Витьки Жохова. Сам я тоже едва ли выгляжу лучше. На мне форма французского гардемарина, побывавшая не в одной переделке. Я её конечно привёл в порядок как мог, однако сам понимаю, что даже вокзальный бомж из моей современности выглядел бы представительней меня. Только оружие указывало на мой не рядовой статус. А вот корабль мусульман выглядит дорого и богато, весь покрыт затейливой резьбой и даже позолотой! Он стоял на якоре с убранными вёслами и жил своей непонятной мне жизнью. Команда на судне тоже на бедняков не смахивает. Куча разнообразного люда в цветастых одеждах встретила меня на корабле. Мы с Дайоном поднялись на палубу.

— Позвольте представиться, меня зовут Али Хасан, капитан этого корабля и посланник несравненного правителя Марокко Мулай Абу-уль Насир Исмаил ас-Самин ибн Рашида, да продлит Аллах его годы! — передо мной остановился высокий мужик, в арабских одеждах и с абсолютно европейским лицом, после чего и с достоинством поклонился. Говорил он на французском и довольно хорошо.