Гардемарин (СИ)

От притворного ангельского поведения не осталось и следа. Я прям запереживал. Всё же они идут на Тенерифе, а это вотчина испанцев, у которых вовсю пока процветает инквизиция. Похоже наказание не пошло ей в прок. А может ей просто понравилось такое внимание со стороны мужиков да только удовольствие быстро закончилось? Да точно понравилось! Она же вон уходить не хочет! Надо срочно валить, а то как бы чего дурного в её голову не пришло.

— Командуйте Ван, мы уходим! Как ни приятно мне общение с вашими бывшими коллегами, но дела сами себя не сделают! Пора и честь знать! — повернулся я к своему первому помощнику.

— Вы дьявол во плоти, господин Виктор, и если не сам сатана, то точно его родственник! — шоу устроенное мной понравилось Вану, он сейчас внимательно на меня смотрел, как будто увидел в первый раз — признаться я думал, что вы, придавшись обиде, прикажете ограбить фрегат и вырезать весь экипаж, поставив нас вне закона. Я ошибался, приношу свои извинения!

— Ну вы по тише Ван! Не обязательно всем знать о моих родственных связях! — рассмеялся я — у нас тут нет сатанистов, а исключительно истинные христиане! Пусть мы и веруем по-разному, но крест носим все! А фрегат… Ну что вам сказать. Я успел слегка остыть, хотя желание сделать всё то, о чём вы говорите было очень сильным! Пусть это будет им уроком! Они и так мне были не друзья, так что хуже не будет, зато все живы! Командуйте Ван! Ветер попутный, а сегодняшний день ещё не закончился. Всё только начинается!

Шлюп мне нравился всё больше и больше. Разрезая своими хищными обводами волну, «Шторм» идёт ходко, слегка накренившись на правый борт. Я распорядился поставить все возможные паруса, для того, чтобы проверить скорость и манёвренность судна. Мы постоянно меняем направление движения, отворачиваем в право и в лево, ложимся на обратный курс, а потом снова возвращаемся обратно, тренируясь управлять парусами. Над «Штормом» разносятся команды офицеров и боцманов, матросы, как дикие обезьяны передвигаясь без страховки на опасной высоте, ловко управляются с такелажем и парусами. Мне надо понять все возможности своего нового корабля и приноровится к управлению. Я уже видел бывший «Рокфор» в деле со стороны, и знал, что мне досталось на удивление быстрая посудина. Но одно дело быть зрителем, а другое самому научится чувствовать ветер так же, как покойный командир «Рокфора». Я адмирал двадцатого века, и никогда не водил в бой парусные корабли, и сейчас мне приходится переучиваться и приспосабливаться, чтобы постоянно держать в уме мысль, что теперь я зависим от ветра, и у меня уже нет мощного двигателя под пятой точкой, который способен вывести корабль из-под любого обстрела и спасти от шторма.