Гардемарин (СИ)

Галеас неповоротливей и больше, у него больше экипаж, а на носу установлены самые мощные орудия, на нём как раз всё так и устроено, чтобы бить врага в лоб! Мы же можем рассчитывать только на огонь бортовых батарей, восемь орудий дадут залп, и мы останемся на какое-то время беспомощными, пока не перезарядимся или не повернём другим бортом к врагу. Вельбот под парусами шустро уходил к французскому поселению. Легкая лодка шла быстро, посыльный успеет предупредить береговой отряд. Но Дайону нужно время, чтобы переставить орудия. Только часть из них смотрит в море, остальные стоят по периметру, и их ещё надо перетащить и установить, что на корабельных лафетах будет не так уж и просто, и наша задача ему это время найти.

Галеас открыл огонь первым. Его капитан считает себя уже победителем. Мы в лагуне, где на парусах особо-то и не поманеврируешь, и вёсла в такой ситуации неоспоримое преимущество. С его точки зрения мы поступили глупо, принимая бой, он прекрасно понимает, что в открытом море шлюп уйдёт от него как от стоячего. Ну что же, недооценивать противника нельзя, а у нас есть козырь в рукаве!

Ядра падали в опасной близости от «Шторма», но я пока запретил открывать ответный огонь. Все пушки заряжены обычными и зажигательными книппелями, а с такого расстояния попаданием в корпус ничего не добиться. Я сам на батарейной палубе, у одной из двух пушек, которые заряжены зажигательными снарядами. Ничего особенного они из себя не представляют. Это просто книппель на жесткой перемычке, а промежуток между полуядрами заполнен твердым зажигательным составом на основе канифоли и пороха, и обернут в несколько слоев парусины, пропитанной смолой. При выстреле парусина загорается от порохового заряда пушки, и попав в цель создает очаг пожара. Состав зажигательной смеси прост. Это канифоль, внутри которой бумажные пороховые шарики, которые, когда до них добирается огонь, взрываются и разбрасывают горящий состав, увеличивая тем самым очаг пожара. Диаметр цилиндрической части книппеля был несколько больше диаметра полуядер, благодаря чему книппель входил в ствол пушки с усилием. Это давало возможность не использовать пыж, поскольку парусина книппеля выполняла его роль. Нужен был прямой контакт пороха с горючим составом, иначе книппель мог и не загореться. Чем плох был этот заряд, так это тем, что заряжать его было не в пример дольше обычного книппеля или ядра, так что выстрел у меня только один, второго раза не будет.

Матросы застыли в готовности на мачтах и якоре, и ждут только команды. Только якорь нас сейчас держит на месте. Удерживающий его трос придётся рубить. Поднять быстро якорь не получится.