Гардемарин (СИ)

Но Зегер в армии не служил, да и одежда сейчас не для быстрого одевания. Куча шнурков, поясков и застёжек, которые ещё в темноте нащупать надо.

— Это не я! Она сама ко мне пришла! Я тут ни причём! — наконец-то я разобрал слова тюремщика. Понятно, прелюбодеянием он явно занимался не со своей женой! Надо срочно действовать! Пока он не видит кто стоит перед ним, ибо сейчас занят другими делами, поэтому и оправдывается, а вот когда рассмотрит…

— Поздно каяться грешник! Будешь знать, как чужих девок по подворотням валять! Сейчас я тебя научу родину любить! — топор со свистом рассёк воздух и обрушился на голову сидящего на заднице мужика. Голландец без звука рухнул на землю — Отпускаю тебе твои грехи, сын мой!

Я повернулся к оцепеневшей женщине, которая бросив ворох своей одежды закрыла лицо руками, видимо ожидая такой же участи как у своего любовника.

— Как звать?! Отвечай прошмандовка! — заорал я на перепуганную колонистку, которая так и не открыла глаз.

— Хельга… — прошептала в полуобморочном состоянии своё имя любовница Зегера.

— Муж кто, имя, кем тут работает?! — рявкнул я.

— Янек Баренд, пастор он… — это признание я едва разобрал, настолько тихо были произнесены слова.

— Оба на… Так вы что, протестанты что ли? — у католиков священники не женятся вообще, у православных не могут жениться только священники, принявшие монашество, а вот протестанты признали равенство священников и мирян в этом вопросе — что же ты девка натворила? Двух мужиков загубила! Ты знаешь, что за измену бывает, если об этом узнают?

— Пожалуйста, не надо! Янек старый совсем, он ничего уже не может, а я живая, я жить хочу! Не говорите ему! Я всё что хочешь сделаю! Хочешь, тоже меня возьми? — полуголая жена местного священника встала на колени и поползла ко мне, явно с намерениями обесчестить это бренное тело.

— Стоять Зорька! Такого добра нам не надо! — я окровавленным обухом топора остановил женщину и задумался. Сейчас мне точно не до плотских утех, однако что то в этом есть… Судьба подарила мне очередной шанс — мне нужна повозка и лодка! Сможешь незаметно достать и провести меня в порт?

— Лодки рыбаков стоят возле пирса, их никто не охраняет, а повозка у меня есть, я сказала мужу, что уехала к сестре на ферму — немного отойдя от шока, женщина наконец-то подняла на меня глаза — так ты беглый?!

— Неважно! Если меня поймают, молчать я не буду! Хоть я и беглый, но я мужик, а ты баба, поверят мне, да и твой хахаль жив пока ещё, под пытками он несомненно признаться! — нехорошо усмехнулся я — думай быстрее Хельга!

— Я тебе помогу, что надо делать? — приняла наконец решение жена пастора. Видимо страх позора и наказания за измену, был сильнее страха перед беглым преступником.