Главная проблема дракона

Сама же потянулась к своему, уже видавшему виды, поношенному и не такому теплому плащу, когда дремавший в платяных недрах Малыш приподнял сонную мордочку.

– Дальше спи и будь бесполезен, – тихо шикнула я на песценота, чтобы тот не вздумал шуметь.

Он в ответ широко зевнул, показав не только клыки, но и гланды (а если хорошо присмотреться, можно было бы наверняка увидеть и содержимое кишечника), а затем укоризненно посмотрел на меня. Дескать, не надо наговаривать. Я могу быть еще как полезен: подать, например, стакан воды или плохой пример…

Лишь покачала головой на это.

Зверек же широко зевнул, убедился, что его тревожить больше не собираются, положил морду на лапы и задремал. А я же тихой мышкой проскользнула по коридору, поднялась на чердак и через слуховое окно вышла на крышу, где меня уже ждал Ричард. Нетерпеливо так ждал, нахмурившись.

– Одри, как хорошо, что ты…

Мы произнесли это, одновременно перебив друг друга. И оба осеклись, замолчав.

Далеко впереди раскинулся ночной город, мерцая своими огнями. За нашими спинами спала или делала вид, что спала академия.

А я и Ричард стояли, ощущая порывы прохладного ночного ветра. И только небо с его миллиардами звезд было свидетелем нашего не столь удачно начавшегося разговора.

Принц вопросительно приподнял бровь, предлагая мне тем продолжить недосказанное. Я же, как-то враз сбившаяся с настроя, растерялась. Понадобилось несколько мгновений, чтобы вновь собраться с мыслями и, выдохнув, продолжить:

– Мы, кажется, с тобой друг другу уже все сказали, когда ты меня провожал, – наконец отчеканила я и выпрямила спину так, что заболел позвоночник.

Зато осанка вышла идеально ровной – на посрамление многим королевским особам.

– Договорили, но не сказали самого важного, – возразил принц. – Я думаю, что нам нужно… – Он на миг прикрыл глаза, словно слова доставляли ему физическую боль, но все же, преодолев ее, произнес: – …расстаться.

– Прости, что?.. – выдохнула я растерянно.

– Я думал, что если объявлю свое право, то тем смогу тебя обезопасить. Но нахождение рядом со мной – угроза, которую я недооценил.

– Как будто ты этого не знал раньше, – упрек вырвался, прежде чем я успела остановить слова на кончике языка.

– Знал, – отозвался Ричард с каким-то беспросветным отчаянием, горечь которого я ощутила почти физически. – Но не предполагал, что придется рисковать не только своей жизнью, но и твоей тоже. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Эти слова принца стали последним фрагментом мозаики под названием «На кого идет охота?». Тот откат, который я почувствовала в тренировочном зале, упавшая статуя…

– Покушение сегодня – оно было на тебя? – без обиняков спросила я.