Главная проблема дракона

Вот уж не думала, что в собственной истории, будучи героиней, придется бегать не от поклонников, а за каким-то мужиком. Причем совершенно в неромантическом ключе.

– Простите! – окликнула я дивного, когда до него оставалось всего несколько шагов. Остроухий, пресыщенный девичьим вниманием, не иначе расценил мое обращение как молитву. В смысле, ответил на нее с величием божества. То есть никак.

Но на горе дивному я к теологии не тяготела, а была сугубым прагматиком и сторонником переговорного процесса. Даже если собеседник настроен в штыки и готов вонзить те мне под ребра. Плевать. Главное – запастись качественным доспехом и убойными аргументами. А если, как у меня сейчас, ни того, ни другого не было, использовать хотя бы фактор неожиданности.

Посол меж тем ускорил шаг, стремясь избавиться от назойливой поклонницы, и готов был уйти от допроса. Потому мне ничего не оставалось, как бросить в дивного фразу:

– Так вы не намерены ко мне приставать?

Конечно, имелся еще вариант: швырнуть пульсар или булыжник. Но, думаю, эффект был бы примерно тот же.

Эльф остановился и медленно, со всем полагающимся этой расе надменным величием, развернулся.

– А должен? – раздалось с интонацией истинного расиста. Того, кто считает себя потомком самых древних, благородных и превосходных, потому никогда не унижает никчемных простых смертных.

Зато главного я добилась: дивный остановился и даже заговорил. А я наконец смогла его догнать.

Правда, когда дивный увидел меня, то выражение его лица изменилось. Хотя и не столь быстро, чтобы я не успела заметить этих метаморфоз.

Холод в мужском взгляде исчез, сменившись заинтересованностью. Такой же острой и опасной, как отточенный клинок. Уголки дивных губ чуть приподнялись в самодовольной усмешке.

– Какая неожиданная встреча… – иронично произнес эльф, намекая, что таковая та лишь для него. А не для преследовательницы в моем запыхавшемся лице. А после – шагнул навстречу, при этом щелчком пальцев убирая охранные чары. Тот самый барьер, что не давал другим адептам приблизиться к послам помимо их воли. – Одри Хайрис, если я не ошибаюсь?

«Какой осведомленный, однако», – мысленно поморщилась я, потому как, в отличие от остроухого, имени собеседника не знала. Жаль, что это был не вчерашний эльф. Того-то Ричард назвал и это имя я запомнила. Так что с досадой пришлось признать:

– Да, Одри Хайрис. А вы?.. – протянула, намекая, что дивному неплохо бы представиться.

Легкое изумление на мужском лице перешло в недоумение. «Ты не знаешь, кого пыталась догнать?» – словно вопрошали взметнувшиеся золотистые брови. Как будто их обладатель был абсолютно уверен: уж его-то имя известно всем девицам академии.