Главная проблема дракона

Ричард, закрывая одну нерасторопную девицу с песценотом на плече собой, шарахнулся в сторону, уходя от атаки в противоположный прогал между двух глухих стен, при этом швыряя в шипастую гадину пульсар. Судя по вою, попал.

И мы тоже… Потому что такой маневр загнал нас в тупик.

В нос ударила вонь мусорной кучи, из которой тут же с писком разбежались крысы. Но мне на них было плевать. Куда важнее оказалось то, что выхода не было. Кладка высотой в два человеческих роста преграждала путь.

– Твою ж. – выдохнула я, поняв, почему, когда мы только сворачивали в кожевенный переулок, ругнулся Ричард: уже тогда он предвидел подобный вариант. Что ж, похоже, дракошество отлично знал лабиринты не только дворца, но и столичных улиц.

Лихорадочно огляделась и заметила водосточный желоб. Свинцовый, склизкий, но на вид прочный. Должен выдержать нас. А у тварей я искренне надеялась, что лапки… В смысле за нами они по водостоку залезть не смогут.

– На крышу! – крикнула я дракону.

– Ты первая, я прикрою, – выдохнул Ричард и, стянув с пальца одно из колец, швырнул его в мчавшуюся на нас свору.

Все вокруг тут же залило густым сизым едким дымом, в котором ничего не было видно, кроме взметнувшегося в воздухе алого росчерка боевого аркана. А за ним еще. И еще…

Вот только, кажется, магия этим бестиям особого урона не наносила… Драконий рев огласил все окрест. А потом пространство подо мной целиком затопило огнем. И хотя я успела долезть до конца третьего этажа, все равно ощутила своим панталононосным местом глубинную суть выражения «пригорает». Хорошо до стадии полыхания не дошло.

Я бы, может, полюбовалась на зарницу внизу и дальше, но спасти себя и принца было важнее. А с этим дела пока обстояли не очень. Руки дрожали, пальцы скользили, и у меня были шикарные шансы сорваться. А ведь лезть-то всего на четвертый этаж. Не небоскреб!

Песценот, словно поняв, что я готова сорваться, и вовсе не на крик или в истерику, а банально вниз, перепрыгнул с моего плеча на водосток, ловко ухватившись за свинцовую трубу четырьмя лапами, завис у меня над головой и… настойчиво протянул мне руку… в смысле хвост помощи. Мол, хватайся, бедовая, буду вытаскивать тебя из неприятностей.

– Нет уж, я сама, – отказалась от помощи. Потому как поступок Малыша хоть и был благороден, но мы были с ним слегка в разных весовых категориях.

На это заявление Малыш возмущенно фыркнул и ловко, в мгновение ока, взлетел по желобу на крышу. Мне же восхождение далось дольше и ценой обломанных ногтей, содранных в кровь ладоней, сбитых коленок.