Глаз Пернатого Змея

Представляешь, он все это нам рассказал в красках, когда мы совершили вынужденную посадку! Я понимаю, он тогда пережил такой шок… особенно когда увидел девочку…

Альбина замолчала, вдумываясь в свои слова, потом встряхнула головой и продолжила:

— Мой Дмитрий, чучело этакое, тогда устроил дикую истерику и сразу же вернулся в Петербург… Гастроли сорвались, пришлось платить неустойку… я никак не могла его удержать.

Альбина еще что-то говорила, но Георгий не слушал ее. Он смотрел на нее широко открытыми безумными глазами и что-то бессвязно бормотал. Наконец Альбина почувствовала, что с ним что-то не так, и оборвала рассказ.

— Что с тобой, Гера? — проговорила она растерянно. — Ты как будто привидение увидел.

— Ты сказала, что там, в разбившемся вертолете, была девочка? — Георгий едва шевелил помертвевшими губами. — Но этого не может быть! Лена осталась дома, ее не было в том вертолете!

— Ну да, конечно… — забормотала Альбина. — Наверное, это был другой случай… другой полковник… конечно, ее там не могло быть…

— Другой? — взволнованно переспросил Георгий. — У них там что, постоянно вертолеты с полковниками бьются? Это что, такой местный вид спорта?

— Ну, я не знаю… — Альбина уже не рада была, что завела такой разговор. — Наверное, тот пилот что-то перепутал…

— Альбина, Аля! — взмолился Георгий. — Я чувствую, что здесь что-то не так! У тебя не осталось там никаких знакомых, у кого можно было бы уточнить фамилию того полковника и обстоятельства дела?

— Ну, я не знаю… — уклончиво протянула Альбина. — Все-таки двенадцать лет прошло… хотя… — глаза Альбины затуманились, как будто она вглядывалась в прошлое и увидела там что-то довольно приятное. — Там был такой симпатичный милицейский начальник, майор Волокуша… очень душевный человек! Мое несчастье… мой Дмитрий — ты же его знаешь — как всегда напился, устроил жуткий скандал, местные менты его то ли не узнали, то ли решили слегка пугнуть в воспитательных целях и забрали в отделение…

Модный столичный певец попал в обезьянник вместе с мелкими хулиганами, карманниками и бомжами. У него началась натуральная истерика, он то карабкался на решетку, как настоящая обезьяна, то кричал не своим голосом, то пытался перерезать себе вены осколком стекла. К счастью, Альбина нашла его и сумела разбудить начальника отделения майора Волокушу. Тот ее внимательно выслушал, вошел в ее положение, выпустил певца из обезьянника, устроил ему воспитательную выволочку и отправил в гостиницу на машине подвижной милицейской группы. С этого малоприятного эпизода началась дружба Альбины с майором Волокушей. Майор оказался очень приятным, обаятельным человеком, и они еще несколько лет перезванивались.

— Позвони этому Волокуше! — взмолился Георгий.