Голубка

– Что ты сказала, дочка?

Калерия освободилась из объятий отца, поднялась.

– А то. Вы только что познакомились с моей дочерью и вашей внучкой Ириной. Как она вам?

– Лера, что ты говоришь? – насупился генерал. – Мать-то пожалей. Извелась вся.

– Пожалеть? – быстро развернулась Калерия. – Я пожалеть должна? А меня кто пожалел? Мою крошку кто пожалел восемнадцать лет назад? А если бы я случайно… Если бы жизнь сама меня с ней не свела, я бы так и не узнала никогда!

– Но почему ты уверена, что это именно она? – допытывался генерал.

– Она похожа, Петя! – вставила Татьяна Ивановна. – На меня молодую похожа, ты не обратил внимания?

– Да молчи ты, Таня!

– Папа, это моя дочь! – горячо воскликнула Калерия, не желая слушать возражений. Она была как натянутая струна. – Но что я скажу ей в свое оправдание? Захочет ли она теперь видеть меня? Зная, что все эти годы у нее могли быть мать, любящая семья, дом… Простит ли она?!

…Когда они пришли, близнецы только заканчивали обедать и сидели за столом с перепачканными мордашками.

– Ну, солдаты, налетай на подарки! – скомандовал генерал и установил на полу большую коробку. В коробке находилось то, что удалось найти в местном военторге, – большой синий грузовик, красная пожарная машина, танк и пароход. Там же, поверх боевой техники, громоздилось несколько резиновых мячиков и мишек. Близнецы кинулись к игрушкам.

Калерия протянула хозяйке сумку:

– Вот здесь кое-что к чаю.

Ирина радостно засуетилась, не замечая некоторого напряжения среди своих гостей. У нее гости! Все как она хотела!

– Я так счастлива, что вы пришли! – щебетала она, подливая чай своим гостям. – Я, когда в детском доме жила, всегда мечтала, что вот я вырасту и у меня будет свой дом и круглый стол со скатертью. И гости будут приходить. И вот – сбылось!

– У тебя красивая скатерть, – похвалила Татьяна Петровна. – А кто ее вышивал?

– Я вышивала, – охотно пояснила Ирина. – Сама. У меня всегда было такое представление, что в хорошем доме кругом должны быть вышивки.

– Откуда же такой вывод? – поинтересовался генерал. – Вот моя супруга, например, всю квартиру обвязала. Салфетки, салфеточки…

Девушка помолчала, решая в уме, можно ли быть достаточно откровенной с этими людьми. Но ведь они родители Калерии Петровны!

– В моих вещах, в Доме ребенка, сохранились вышивки. Нянечка рассказывала мне, что все мое было вышито – и пеленки, и чепчики – все. Нянечка называла меня королевной. Вот я и решила, что обязательно научусь вышивать и тоже все вышью своим детям. Раз моя мама вышивала, то и я тоже буду.

– Ира, покажи нам платочки. Те, что я у тебя видела, – попросила Калерия.

Татьяна Петровна в волнении теребила край скатерти.

Ирина принесла платочки.

Только теперь до нее докатилось то напряжение, что царило за столом.