Голубка

Уже побывали с родителями на празднике Военно-морского флота во Владивостоке, где боевые корабли, расцвеченные флагами, предстали перед детьми во всей красе.

Калерия с Ириной стояли тогда на площади, любовались мужьями, когда те маршировали, приветствуя командование.

Вот и ее Петенька будет расти в этой атмосфере, будет радовать дедушку своим интересом к армии.

Наконец она выбрала раскраски и два журнала для себя и дочери.

И вдруг ей показалось, что на нее смотрят. Это странное ощущение заставило ее обернуться. Аэровокзал был полон народу, взгляд ни на ком не задержался.

Она собрала свои покупки в сумку, собралась уйти, но навязчивое ощущение не отпускало. Она снова посмотрела вокруг себя.

Недалеко от колонны стоял мужчина в сером штатском костюме и смотрел прямо на нее. Она бросила взгляд на свое отражение в витрине. Что-то не так? Нет, вроде все в порядке.

Она обернулась. Оказывается, она не забыла голос. Она сразу узнала его. Все такой же высокий, красивый. Правда, немного раздался в плечах, заматерел, как выразился бы отец. Он торопливо пробирался к ней среди разместившихся на полу студентов с рюкзаками.

– Я тебя сразу узнал. Ты… ты стала еще лучше, чем была.

– Ты тоже мало изменился. Куда-то летишь?

– Нет, встречаю сослуживца. А ты…

– Надеюсь, у тебя все сложилось? Ты пошел по стопам отца, как мечтал?

– Нет, я не закончил военное училище. Ушел после второго курса. Маршировать в сапогах – это, знаешь, не для всех. Окончил институт, теперь вот работаю в торгпредстве.

– О, это непростой вопрос, – усмехнулся он, стараясь не терять тон некоторого превосходства, но не попадая в него и потому нервничая. – Два раза был женат, оба раза неудачно. Теперь вот нахожусь в свободном поиске, так сказать. Кстати, часто бываю по своей работе за границей. Могу достать черта с рогами. Слово «дефицит» не для меня. Так что… Ну а ты как? В Москве все там же? У тебя все хорошо? Как родители?

– Да, все замечательно. У родителей все в порядке.

– Может, встретимся как-нибудь, поговорим? Я, кстати, на днях лечу в Берлин. Может, привезти тебе что-нибудь?

Даже теперь, через много лет, его обаяние не утратило силу. Он был все так же красив, но только теперь не юношеской, а мужской красотой. Но она ощущала скорее досаду, чем радость от встречи.

– Мне? – Она невольно рассмеялась. – Спасибо, Юра, у меня все есть.

– Ты, наверное, не поняла. Я работаю в торгпредстве. Все, что захочешь. Любой каприз. Может, тебе мебель нужна или там…

– Какой ты смешной, Юра.

«Я все могу», – сказал он, и эта фраза покоробила ее. Тысячу раз когда-то она рисовала эту встречу. Первый всплеск эмоций, всколыхнувший в душе то давнее время, быстро проходил, оседал. Он уже ничего не значил в ее жизни.