Господин Ректор

 — я опять привстала, смутно представляя, как донести до Дагорна мысль о том, что Стаса сейчас надо оставить в покое и дать время самому понять где и как сильно он был не прав.

— Хорошо. Не трону его. Отдыхай. — и этот гад, стремительно швырнув меня заклинание сна, судя по слипающимся векам, направился к выходу.

— Ур…од. — кажется не успела договорить я упав на подушки и уснув.

Следующее пробуждение было не в пример лучше, совершенно не слезятся глаза, шевелиться уже могу, хоть и не особо бодро, но без слёз что не может не радовать.

Огляделась по сторонам в поисках одежды. В дальнем углу на небольшом тюке аккуратно сложено моё рабочее шерстяное платье и на полу рядом мои удобные ботиночки.

Радостным калекой доковыляла до вожделенной одежды в которой я наконец выйду в мир и узнаю новости, скинув с себя ночной полупрозрачный балахон впала в легкий ступор.

Дело в том, что в прошлое пробуждение было малость не до того, да и рукав у рубашечки длинный, вот я как-то и упустила из внимания, что на правой руке появился узкий черный браслет будто поглощающий свет, а также татуировка переплетенных черно-белых бусин, будто чётки разных цветов переплелись от запястья и до ключицы.

Что за хрень он тут на мне навертел?

Следилка какая-то? Защита? Что за артефакт на руке и откуда эта странная вязь?

Вдохнула-выдохнула. Так. Надо сначала разобраться потом орать. Мы же цивилизованные люди и рот нам для того чтобы договариваться и в него есть, а не для того чтобы нарываться, правильно?

Досчитала до десяти. Оделась. Даже нижнее белье с шерстяными чулками нашла. Живем.

Выглянула из шатра, смеркается. Большой лагерь разбит недалеко от лабиринта. Хм, не стали далеко отходить, потому что замок в плачевном состоянии и часть обитателей ютится здесь?

Чутка прошлась по лагерю, народу мало, в основном я так понимаю тут сейчас только караул, остальные все разбрелись по делам.

— Мартин! — заприметила медвежью фигуру знакомого стражника.

— Миз Кира, как Вы? — суетливо подошел ко мне высокий грозный на вид увалень, а в душе скромный младший сын кузнец вопреки воле отца выбравший военную стезю. Миз меня в замке называет только несколько человек с самых северных границ, у них так принято называть старших женщин рода, а я вроде как старшая из женщин в замке.

— Почти здорова. Ты куда спешишь?

— Да не то чтобы спешу, сменился вот в лагере, собираюсь в замок идти стену помогать чинить. — пожал он широченными плечами сжимая в руке фляжку с водой, что с водой уверена — у Веля с этим делом строго.

— Молодец. А сколько прошло времени с прорыва? — А то у меня по ощущения и дня не прошло, но уж больно они там много сделать уже успели.

— Шесть денёчков, Миз. — Да, видно сильно меня потрепало, если столько всего проспала.