Граф Суворов 5 (СИ)

Вот только я совершенно не понимаю зачем им это. Ни один из них не является наследником нашего рода.

— Я пол ночи голову над этим ломал. И пока вариантов не так много. Ты говорил, что твой отец — министр, но я не слышал о Багратионе в правительстве. — уточнил я, заметив, как при моих словах Константин поморщился. — Кто он?

— Намекаешь на то, что заговорщики хотят через меня достать отца? — спросил, прикрыв глаза Константин. — Это возможно. Но опять-таки, я не понимаю в чем смысл, зачем это ордену? В чем их выгода?

— Если бы я знал — сказал бы об этом прямо. — пожал я плечами. — Но давай предположим, что им это и в самом деле для чего-то нужно. Кто получит наибольшую выгоду, от устранения тебя и твоего отца?

— Слишком абстрактный вопрос. — вздохнул Багратион. — Да и круг подозреваемых не меньше. От младших княжеских родов, до чиновников из императорского аппарата. Грузия — богатая, плодородная и гостеприимная страна. Каждый хочет стать ее правителем или наместником.

— Ладно, давай попробуем зайти с другой стороны. Представь на мгновение что дело не в Тифлисе или Грузии. Что изменится, если тебя не станет, а твоему отцу придется уехать из Петрограда? — спросил я.

— Да нет, это бред. — почти минуту молчания проговорил Константин.

— Ладно, я тебе жизнь спас, а остальное меня не касается. — сказал я, поднимаясь. — Откидывайся на подушку. Придется поработать с тобой ещё немного, и потом контролировать восстановление на протяжении пары недель. Но ты уже выжил и это хорошо.

— Прости, я тебе уже дважды обязан жизнью, и сделаю все чтобы вернуть этот долг. — ответил, хмурясь, Багратион. — Но ты спрашиваешь о чужих тайнах, над которыми я не имею власти. Деньги, сведения, оружие, даже люди — все что в моих силах. Проси, что нужно. Но не заставляй меня нарушать слово.

— Я не скромный, попрошу так что ты взвоешь. — усмехнулся я. — А пока ложись, я скажу, когда тебе можно будет спокойно подниматься с кровати.

Дворец Багратионов в Тифлисе, два часа спустя.

— Когда это было? — спросил Константин у своего учителя и наставника, который сопровождал его всю жизнь.

— Около часа назад она погрузилась с чемоданами на корабль и убыла в сторону османской империи. На судне дипломатическая неприкосновенность, так что мы не смогли его остановить. — виновато проговорил Магомет.

— Значит мой юный кровный брат все же был прав. Орден. — вздохнул Константин, откинувшись на подушку и прикрыв глаза. Как бы он не храбрился, в теле все еще чувствовалась слабость.

— Мы должны доложить о происходящем вашему отцу. — сказал Магомет.

— Нет… вернее да, но не обо всем. — решил Константин. — Записи из спальни Александра стереть. Все до единой. И больше над ним наблюдения не проводить. Мы и так знаем и видели слишком много.