Грёзы лунного света

 – Конечно же, все Лейлинии происходят на острове Огня и Льда. Это историческая родина троллей.

Рубин презрительно фыркнул.

– Сын Ларимар в компании людей, волшебников и фей. – Кирин изучал лицо Рубина, нахмурив свои кустистые брови. – Кто бы мог подумать!

Рубин не удостоил его ответом. Я посмотрела на Коллама, ничего не понимая.

– Под землей Огня и Льда он подразумевает Исландию, – прошептал он. – Эльфы и тролли спорят об этом целую вечность.

– Какие есть еще места силы? – спросила я у Кирина.

– Аваллах, конечно, а еще Стоунхендж. В Париже находится еще одно место силы, прямо под Нотр-Дамом.

– Я никогда об этом не слышала!

Мерлин указал на мост Фейри, обломки которого устремлялись в небо.

– Родина фей тоже была местом силы.

– А вы не думали о том, чтобы отремонтировать мост?

– Попыток было много, но мы всегда терпели неудачу.

– Многие из нас и вовсе не хотят возвращаться, – вмешалась Моргайна. – Нам нравится все, как есть. Нехорошо, когда народ отграничивает себя от других. Было уже много попыток восстановить мост, но с этим до сих пор никто не справился.

– Рубин, а ты не думал о том, чтобы поехать со мной в Аваллах? – спросил Мерлин нашего нового друга.

Рубин покачал головой:

– По-моему, здесь сейчас интереснее. – Он искал мой взгляд.

– Ты должен поехать в Аваллах. Тебе там понравится!

– Может быть, позже. Меня пока что тут держат еще кое-какие… – он сделал короткую паузу, – обязательства.

– Кассиан мог бы сопроводить тебя, – сказала Элизьен, и я замолчала.

– А кто такой Кассиан? – любопытно спросила я.

– Это лучший друг Рубина, и он хорошо зарекомендовал себя во время войны с ундинами, – ответила на мой вопрос Элизьен.

Больше она ничего не сказала, а я не стала расспрашивать ее дальше. Однако меня удивило, что Рубин, проводивший все последние дни с нами, ни разу не упомянул о своем лучшем друге.

– В театре ставят Питера Пэна, – сменила тему Элизьен. – Вы обязательно должны посмотреть пьесу. Мы, эльфы, просто сходим с ума от этой пьесы с тех пор, как ты поведала о ней нашим детям.

– Сходим? – спросила я у Коллама.

После этого он посмотрел на небо, и я проследила за его взглядом. Прямо над нами сияла полная луна. Пора купаться.

Когда я встала, чтобы переодеться, Мерлин последовал за мной и остановил меня.

– Я хотел тебя кое о чем спросить, Эмма. – Он колебался. – Это о твоих видениях.

– Я никому не рассказывала о них, кроме Коллама.

– Я видел их в твоих воспоминаниях. Киовар ничего в них не разглядел, а вот я…

– Я не хочу говорить об этом, Мерлин. Не сегодня, – попросила я.

– Я понимаю. Скажи мне только одно: это была Муриль?

Я потрясенно посмотрела на него.

– Пожалуйста, Мерлин, не заставляй меня говорить с тобой об этом.