Грёзы лунного света

Как ни в чем не бывало…

– Лучше тебе оставаться внутри. Тебе пока не стоит показываться на улице, – сказал Габриль, вставая у входа.

Кеона усадила меня на стул и без лишних слов принялась готовить чай для нас обеих. Затем она села рядом со мной.

– Это ужасно, просто кошмарно, – застонала она. – Ты знаешь, что нектон делает с нашим урожаем?

– Я видела. Коллам рисковал своей жизнью ради тех людей. – Тошнота поднялась в моем горле. – Он еле выжил. Если бы Джоэль со стражниками не подоспели вовремя, Коллам бы не справился.

– Мы не знаем, что заставляет эти штуки на нас нападать. Большинство шелликотов считают это магией или колдовством. Их может уничтожить только драконий огонь. – Она перешла на шепот. – Такого не было уже много лет. Когда такое произошло в последний раз, я была совсем маленькая. Мой отец погиб из-за нектона. Люди винили в этом мою мать, но она никогда не сделала бы ничего подобного. Юмис вступился за нее. Я почти не помню этого, мне обо всем Габриль рассказал.

Я смотрела, как Кеона вертит в руках свою чашку.

– Мне очень жаль, – прошептала я.

Она меня не слышала.

– Только ты пришла на поле, как произошла эта катастрофа. Ты хоть представляешь, что люди будут думать?

– Что я имею к этому какое-то отношение?

Кеона кивнула, и в тот же миг в одно из наших перламутровых окон что-то ударилось. Мы услышали крики, и Кеона вскочила с места.

– Закрой дверь и спрячься где-нибудь, – крикнула она, выбегая к выходу.

Несмотря на ее приказ, я осталась сидеть на стуле, словно прибитая гвоздями. Суматоха становилась все громче. Я слышала, как кричат Кеона и Габриль, как что-то снова летит в наше окно. Если перламутр сломается, все немедленно погрузится под воду. Я не знала, что мне с этим делать. Мне казалось трусостью оставлять Габриля и Кеону одних снаружи. Они не имели никакого отношения к этой проблеме. Но, если я выйду сейчас, они попытаются защитить меня, что будет еще опаснее. Я вскочила, выглянула в окно и вздрогнула от страха. По меньшей мере пятьдесят человек толпились на узкой улице. Их становилось все больше.

Они пока что только кричали и бросали что-то в окна. Габриля с копьем в руке пока что было достаточно, чтобы отпугнуть их и не позволить им бросаться на наш грот со штурмом. Я задавалась вопросом, как долго они продержатся. Если я выйду, я окажусь во власти взбудораженной толпы. Я медленно сползала по стене, прижимая руки к ушам. Я не хотела слышать ругательств, сыпавшихся на меня. И все же они доносились до моих ушей.

– Прочь, земляной червь! – кричал хор. – Долой сухопутную крысу!

В дверь вдруг постучались.

– Эмма, – позвал Коллам. – Открывай, это я.

Я с облегчением вскочила с места и открыла дверь. В дверном проеме стоял Коллам. Он выглядел бледным и уставшим.