Я путешествую одна

Если, конечно, она не профессиональная лгунья. Что вполне возможно. Она сама сказала, что у нее болезнь. Что иногда она не в себе. Но за годы работы Анетте видела много врунов, и если Штольц была одной из них, она была необыкновенно искусной. Анетте выключила диктофон и на минуту вышла. Вытянула Карри в коридор, оставив Малин одну.

– Она говорит правду, – кивнул Карри. – Ее таскали по больницам с детства. Если это и правда был врач, то дело принимает такой оборот, что я ни в чем уже не уверен.

– Он сказал, что с ней?

– Он обязан хранить врачебную тайну, но явно дал понять, что она ку-ку.

– Психически больна, черт возьми, Анетте, эта дамочка убила четверых детей, а я должен следить за выражениями?

– Проверь лицензию врача. И пусть кто-нибудь выяснит, что у нас есть по Майкен Стурбергет.

Анетте кивнула в сторону комнаты допросов.

– Так она говорит. Проверь, ладно?

Анетте вернулась в комнату и включила диктофон.

– Пятница, 4 мая 2012 года, точное время 22:40, адвокат полиции Анетте Голи допрашивает Малин Штольц.

– Майкен Стурбергет, – сказала Штольц, вдруг засомневавшись.

– Как вы хотите, чтобы мы вас называли?

– Думаю, Майкен, – сказала Малин.

– Тогда будет Майкен. Хотите еще воды, Майкен?

– Вы знаете, почему вы здесь, Майкен?

– Да, потому что мы с Карен обманывали стариков. Мне очень жаль.

– Нет, Майкен, вы здесь не поэтому.

Ранее Малин Штольц, а теперь Майкен Стурбергет странно посмотрела на нее.

– Вы уверены, что не хотите получить адвоката?

– Да, уверена, но почему я здесь?

– Вас подозревают в убийстве четырех шестилетних девочек. И в похищении шестилетней Марион Мунк.

– О… нет-нет-нет… нет…

– Вам нужно сесть, Майкен.

– К этому я не имею никакого отношения!

– Сядьте, пожалуйста, Майкен.

– Нет-нет-нет… нет-нет, это не я. Я ни при чем.

– Давайте вы сядете, а я вас выслушаю, хорошо? – сказала Анетте как можно более дружелюбно, держа палец у кнопки под столом.

Она решила звать охрану только в случае крайней необходимости.

Майкен Стурбергет посмотрела на нее и решила сесть обратно.

– Давайте пока забудем про то, что я сказала, хорошо?

– Хорошо? – сказала Майкен вопросительным тоном, вытирая слезы.

– Расскажите то, что начали.

– Кто такие старики?

– В доме престарелых. Я познакомилась с Карен в Хёнефоссе. В группе бесед для бесплодных. Мы подружились. Это она все придумала, она сказала, что знает кого-то.

– Священника. Или поначалу он не был священником, по-моему, он продавал машины, но потом стал священником и стал брать деньги у умирающих людей.

Майкен немного замешкалась.

Миа сообщила команде про общину, которая пыталась обмануть мать Мунка.

– Мы забирали деньги у всех, кто…

– … ну, понимаете, у всех, кто мог поверить в жизнь на небесах…

Видно было, что ей очень стыдно.