Я – танкист

Вины за собой в будущей гибели мангруппы я не чувствовал, кто арестовал, тот ответственность и несёт. Я уже списал её. Будет возможность вырваться и сбежать, сформирую ещё одну, с этой я уже работать не смогу. Похоже, что не дадут.

Как задремал, не заметил, а очнулся от скрипа двери и попавшего внутрь света. Судя по солнечным лучам, снаружи ещё день. Часы тоже забрали, не посмотреть, сколько проспал. Я был в форме майора танковых войск, при фуражке, но не опоясанный. Сапоги тоже на месте. В принципе всё, только шинель не моя. Солдатская. Кстати, без неё бы задубел, а так нормально выспался.

Чей-то силуэт заслонил свет. Прищурившись, я смотрел на дверной проём. Ко мне спустился Михайлов с керосиновой лампой в руке. Где только достали? Неяркий свет немного разгонял тьму в камере. Что примечательно, нас снова заперли, так что керосинка давала единственный свет в помещении.

– Старлей, сколько я проспал? – широко зевнув, спросил я у Михайлова.

– Товарищ… Э-э-э, скажите, вы действительно присвоили себе документы майора Корнева?

– Ну да, в сложившейся ситуации это был единственный шанс собрать и повести за собой бойцов и командиров. Чего пришёл-то, зачитать мне решение трибунала? – в моём тоне отчётливо слышалась насмешка.

– Нет. В штабе сейчас оба капитана ругаются, кому принять командование, бойцы и командиры растеряны. Волохов вообще заперся и держит связь с нашими на Большой земле. Оттуда пришёл приказ задержать вас и ожидать их представителей. Ночью на парашютах сбросят.

– А вот это плохо, я ещё не навоевался, чтобы возвращаться в Москву, – цыкнув зубом, рассеянно сказал я. – Чего пришёл-то?

– Вы нас сюда привели, зачем, никто не знает. Запасов нет вообще никаких. Оба капитана ругаются, один предлагает слить топливо в самые боеспособные машины и прорываться к нашим. Другой – уничтожить технику и уходить на своих двоих.

– На машинах наверняка Якимов предлагает?

– Хороший командир. Я как-то на танковом полигоне Кубинки два месяца с ним провёл. Мощный командир. А насчёт уходить оба командира правильно говорят. По моим прикидкам, мангруппе осталось существовать недолго, день-два, не больше.

– Зачем же вы нас сюда привели, если знали, что группа погибнет? – растерянно спросил тот.

– Я этого не знал. У меня был план добычи ресурсов и продолжения боев с немецкими захватчиками. Месяц бы точно провоевали, потом к своим вышли. Однако в моих планах не было ставить командирами никого из капитанов, а они группу точно загубят. Тут не моя вина, Волохова благодари.

– Товарищ… майор. Можно узнать ваши планы?

– Вот что, старлей. Харизма и умение командовать у тебя есть, тем более немного опыта и наглости от меня набрался. В принципе, мангруппу ты сможешь спасти, если возьмёшь командование на себя.