Я – танкист

– А я его не знаю, в колонне не видел. Видимо, в другом месте шёл. Нас по пути постоянно пополняли.

Мы оба с интересом посмотрели на капитана, тот остановился и, поправив пуговицу воротника, хмуро представился:

– Капитан Владик, сто первый бомбардировочный полк. Командир эскадрильи.

– Чего-чего? – удивился Соломин. – А чего это я вас, товарищ капитан, не помню? Мы со сто первым на одном аэродроме дислоцируемся, живём в одной казарме. Только мы на третьем этаже, а они на втором.

Разведчики, что столпились вокруг и внимательно нас слушали, насторожились.

– Как вы это объясните? – достаточно резко спросил я.

– Перевёлся с Дальнего Востока добровольцем. В первый же день сбили во время бомбардировки переправы, – буркнул тот.

Соломин лишь пожал плечами на мой вопросительный взгляд, видимо не в курсе.

– Сообщите имена и фамилии командиров своего полка и полка соседей-истребителей.

Тот спокойно и неспешно начал перечислять фамилии и имена своего полка, насчёт соседей он сообщил только данные комиссара, остальных за те сутки, что пробыл в своём полку, видимо, узнать не успел. Помимо этого описал расположение части и как выглядит общая столовая.

– Всё верно. Только я всё равно его не узнаю, так как, став безлошадным лётчиком, часто назначался дежурным и последнюю неделю был в курсе всего, что происходило как у нас, так и у соседей.

Прищурившись, явно что-то припоминая, капитан спросил:

– А вы не тот дежурный, что в день моего прибытия отправился за двумя техниками к реке, обнаружил, как купаются связистки, и за ними подглядывал из кустов, а они за это отловили и исхлестали вас крапивой?

– Не-е, это точно наш, – под смешки бойцов уверенно сказал Соломин.

– Уходим, – коротко приказал я, и мы, выстроившись в колонну, пустили вперёд разведку и отправились обратно к машинам.

Там было тихо, хотя Лосев сообщил, что к ним выскакивали какие-то очумелые бойцы, но обнаруживая немецкую технику, очень быстро убегали. Также он доложил, что ужин готов. Выставив двух часовых, мы приступили к приёму пищи, с небольшим натягом, но хватило всем, включая явно оголодавших лётчиков. Впрочем, они ели с такой же жадностью, как и разведчики. Те тоже ещё не отошли от долгого голодания, но было заметно, что в силе прибавили по сравнению с тем, что было утром. Чай в трофеях был, Лосев его тоже заварил, вскипятив воду в котелках, так что с кружкой в руке я подошел к летунам, что что-то обсуждали между собой, и спросил у Владика:

– Какой техникой вы управляете?

– СБ, товарищ майор, АР-2, УТ-2 и Дуглас. На СБ больше всего налёта.

– Ясно, а у тебя, Эдуард?

– Ой, я на чём только ни летал, почти вся истребительная линейка, разве что кроме «ЛаГГа» и «МиГа». Что больше всего интересует?

– Немецкая техника, одно- и двухмоторная.