Идеальный мир для Лекаря 10 (СИ)
Ладно, так сидеть и думать о своем можно хоть до самой ночи, а дела сами себя не сделают. Нужно проведать учеников, провести лекцию, а то и простенький семинар. Следом необходимо проконтролировать строительство артиллерийских башен, разобраться с размещением иномирцев. И еще надо бы понять, что делать с теми, кто откажется остаться здесь. Не везти же их обратно, да и убивать было бы неправильно.
А чем дольше они находятся во временном лагере, тем сложнее их будет сдерживать. Черномор уже сообщил им, что они смогут обрести свободу, но это могло породить лишь больший хаос.
Спустился вниз и отправился искать Романа. Но на полпути заметил бегущего со всех ног гвардейца.
— Стоять! — окликнул его. — Куда так спешишь?
— Ваше благородие! — воскликнул он. — Простите, там чрезвычайное происшествие! Я должен срочно доложить о проблема ответственному за лагерь иноми… Кхм… Новых крестьян!
— Какое еще чрезвычайное происшествие? Почему я только сейчас об этом узнаю? — рыкнул на него, а тот вжал голову в плечи.
— Не знаю, мне сказали передать командиру, чтобы срочно вышел на связь!
Эх, не получилось прочитать лекцию. Махнув рукой на гвардейца, быстро добежал до конюшни, и запрыгнув на корги, приказал ему скакать в лагерь. Сам дорогу не знаю, но благо, конь у меня с навигатором. Скачет иногда, изучает местность.
А пока мы скакали, размышлял, что такого там может случиться. Бунт? Тогда была бы слышна стрельба, да и по тревоге могли поднять даже «костюмы».
Мысли, одна хуже другой, так и роились в моей голове. Благо, ехать здесь оказалось совсем недолго, и вскоре среди деревьев я заметил первые палатки.
— А ну, иди сюда, — подозвал я первого встреченного бойца. Странным показалось, как минимум то, что здесь совсем тихо. — Какое происшествие случилось, докладывай!
— Господин, вы о чем? — не понял тот и огляделся. Там, куда ни кинь взгляд, можно было заметить многочисленные группы крестьян с семьями.
— Родионов доложил мне, что тут чрезвычайное происшествие. Я сразу прискакал, чтобы уладить конфликт.
— А, Родионов! — хлопнул себя по лбу тот.














