Игрушка по неволе 1 (СИ)
В его тёмных глазах пляшут искры нешуточного интереса. Я отскакиваю назад, как ошпаренная кипятком. Самообладание возвращается ко мне за считанные мгновения. Я одёргиваю фартук книзу и бросаюсь на выход из комнаты.
— Стой, ангелочек! — несётся мне вслед просьба, больше похожая на приказ человека, не привыкшего отказывать себе ни в чём.
Я выскакиваю в коридор и сразу направляюсь к администратору, Давиду. Давид управляет клубом. Он — старый знакомый моего отца, взял на работу по его просьбе. Можно сказать, облагодетельствовал. В элитные клубы не так легко попасть.
Тёмный зал полосуют всплески неоновых огней. Ищу взглядом Давида. Он стоит возле бара и разговаривает о чём-то с барменом, Сашей. Сразу же бросаюсь к нему, желая рассказать о неприятном инциденте.
Но тот мужчина, из комнаты VIP, настигает меня гораздо быстрее.
— Почему ты ведёшь себя, как дикарочка? Анжела?
Кажется, он выпил больше положенного. Тёмный взгляд немного рассредоточен и плывёт. От него вкусно пахнет дорогим парфюмом с табачными нотками, на этот аромат наслаивается запах алкоголя.
— Пойдём. Договоримся? Я тебя не обижу, ангелочек!
Незнакомец проводит пальцами по скуле, едва задевает губы большим пальцем. Кожа начинает гореть от его прикосновений. Лицо словно покалывает сотней маленьких иголочек, распространяя какой-то странный жар.
Я стою, не шевелясь, поражённая тем, как алчно и горячо разглядывает моё лицо мужчина. Он словно не видит ничего, кроме меня. Это и волнует, и пугает одновременно. Я не могу выбраться из пут его гипнотизирующего взгляда.
Лицо мужчины приближается с каждой секундой. Оно буквально наплывает на меня, увеличиваясь, как кадры в киноленте, когда камера скользит к объекту, показывая его в деталях. Я могу разглядеть длинные, чёрные ресницы и даже небольшую круглую родинку на левой скуле мужчины.
Горячая ладонь опускается на затылок. Пальцы перебирают мои волосы, запуская приятные мурашки по коже головы. Они устремляются в разные стороны водопадом приятных ощущений, от которых сердце начинает замирать и забывает работать в привычном ритме.
Дыхание перехватывает от сильного волнения и трепетного предвкушения. Кожу моего лица ласкает горячее, мужское дыхание.










