Иллюзия правды. Король крестей

Я любила Анхеля даже тогда, когда он колол дрова напротив моего дома.

– Ты, может, и любила Анхеля, но давай посмотрим правде в глаза. – Йована тоже встала. – Если бы твой отец был жив, то, будучи дочкой мэра, ты бы не вышла замуж за цыгана!

На их спор начали собираться цыганки. Они выглядывали из кухни и перешептывались. Посетители, которых, к счастью, было мало, оборачивались и пожимали плечами. Даже Шафранка с подносом в руках застыла в изумлении.

– Вышла, – спокойно произнесла София, – я бы вышла замуж за цыгана, если бы при живом отце вновь бы встретила его. Вышла! Потому что никого и никогда не любила так, как его! У такой любви не может быть помех.

Если они есть, то это уже не любовь. Мне жаль Йона, потому что ты по-настоящему не любишь его, а только играешь с ним.

– Уже не играю, я сделала выбор. – Йована схватила сумочку, желая уйти, но напоследок решила спросить: – Так ты придешь на свадьбу?

София отрицательно мотнула головой:

– Я не стану свидетелем того, как ты топишь свое счастье.

Йована, резко отвернувшись, зашагала прочь. София готова была простонать, направляясь к барной стойке.

– Что все уставились? За работу! За работу!

За секунду все растворились, даже Нико перестал пялиться с открытым ртом, схватил полотенце и принялся протирать стаканы.

София подошла к нему, что напрягло его еще сильнее. Он никогда еще не видел Софию в таком настроении, она переплюнула Ромаля Бахти, или этот союз не пошел ей на пользу.

– Йон знает? – спросила она. – Он в курсе, что Йована выходит замуж?

– Возможно, потому что он стал очень замкнутым, – Нико пожал плечами.

София поникла. Хотя это ее не касалось, за Йона было обидно. Обидно до слез, которых София вообще не ожидала от себя.

– Вот же черт, – выругалась она, ладонью стирая влагу с щеки.

Хотелось упасть на пол и залиться слезами. Дело было уже не в Йоне и даже не в том, что ее не допускают к захвату машин. Она сама не понимала причину этих эмоциональных всплесков.

Анхель сидел напротив Софии, сложив руки на груди и откинувшись на спинку мягкого дивана. Чуть раньше ему позвонил обеспокоенный Нико, пришлось бросить все дела в «Обсидиане» и мчаться в «Цеппелин». Но вместо обещанных слез его жена уже пятнадцать минут вещала о перестановке в баре, попросила помощи для Ясмин и Милоша с «Бубамарой», а вишенкой на торте стала свадьба Йованы и Деяна.

– Что Йована выходит замуж за Деяна? – нахмурился он. – Конечно нет, это же твоя подруга.

– Но Йон – твой друг. Он тебе не говорил? Скрыл такую новость. Кстати, где он?

– Остался в «Обсидиане». Не возить же его с собой по семейным делам, но он не говорил, что Йована его бросила. Этого вполне можно было ожидать. При всем моем уважении к твоей подруге по-другому вряд ли могло сложиться.