Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний

Ямин даже не взглянул на мои руки, неотрывно глядя в лицо. Дождь продолжал барабанить с той же скоростью, но биение сердца начало его обгонять. Казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди по мере приближения Ямина ко мне. Ниже, ещё ниже…

Ямин прикоснулся носом к моему, а его пальцы прошлись вниз и вверх по руке, пуская мурашки по всему телу. Он не собирался меня целовать. Для демонов поцелуй – нечто грязное и запретное, однако он водил носом вдоль моего так нежно, что это казалось прекраснее поцелуя, намного трепетнее и осознаннее. Мы не смотрели друг другу в глаза, стояли с полуприкрытыми веками, но обменивались рваным дыханием, мягкими прикосновениями и какой-то неуловимо прекрасной близостью, от которой кружилась голова.

Что он делает? Зачем он так со мной? Дышать становилось всё труднее, дыхание было тяжёлым, мне пришлось приоткрыть рот, чтобы не упасть в обморок от недостатка кислорода, однако я не отстранялась, наоборот, едва уловимо подавалась вперёд, чтобы продолжить эту невинно-невыносимую ласку, от которой не только голова кружилась, но и скручивался тугой узел где-то внизу живота.

Стук в дверь – и очарование спало. Ямин отскочил от меня так быстро, словно сам не верил в то, что только что сделал. На моих щеках вспыхнул яркий румянец, и я невольно приложила к ним ладони, чтобы успокоить зардевшуюся кожу.

– Ваше высочество, – в покои вошла горничная и сделала книксен, – ужин подан.

Не глядя на Ямина, я поспешила за ней. Но ас-алердин не дал мне убежать, схватив за запястье. Думаю, он не планировал применять свои способности, но меня невольно затянуло в водоворот воспоминаний. И на этот раз я видела то, что и он, так же отчётливо, будто добежала до верха винтовой лестницы и уже оттуда обозрела пейзаж.

Я вынырнула так же внезапно, как и погрузилась. Ямин стоял совсем близко, и его ртутные глаза постепенно становились серебристыми.

– Извини, это случайность, – немного растерянно буркнул демон и отпустил мою руку.

– Что ты видел? – спросила, желая убедиться, одно ли и то же мы просмотрели.

– Пустяк. Твои воспоминания о прошлом из Домиса. И женщину, у которой ты жила.

Казалось, покраснеть больше уже невозможно, но я, наверное, слилась цветом со своей прядью.

– Ты слышал разговор о поцелуе? – уточнила.

Ямин застыл и поднял на меня изумлённый взгляд. Более чем изумлённый – ошеломлённый.

– Ты видела ту же сцену, что и я? Как ты… Что ж, я видел тебя лет в тринадцать-четырнадцать, ты сидела на диване в зелёной гостиной и разговаривала с демоницей о поцелуях демонов и том, что происходит за дверью спальни.

– Ну, до последнего мы в том разговоре не дошли, – запротестовала я, и Ямин отступил на шаг, скорее даже пошатнулся, не осознавая своих действий.