Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний

Не хочу! Не хочу осквернять память родителей перед их же надгробиями. Ямин убрал мои руки и развёл их в стороны. Наши пальцы соприкасались. У него такие горячие ладони… или это мои слишком холодные?

– Ты ведь и сама знаешь, о чём я говорю, – прошептал демон. – Что твой отец сделал двенадцать лет назад?

Мантикоры. Мне тогда было шесть… Я играла в прятки с няней и, спрятавшись в библиотеке, заснула за одним из стеллажей. Пришедший король меня не заметил. Он закрыл двери и распахнул тайный стеллаж с книгами по чёрной магии – корешки были словно в несмываемой саже, а магия, когда отец испытывал заклинания из этих книг, была фиолетовой. Я молчала, увлечённая фиолетовыми магическими вспышками и лентами, а когда хотела выйти – увидела Фредерика, которому отец открыл дверь. Брат заметил меня, но махнул рукой, мол, не высовывайся. Я притаилась, а потом вновь заснула – был уже вечер. Пробудилась я на руках Рика. Брат отнёс меня в комнату, и мы никогда об этом случае не разговаривали. Я подумывала, что это был сон. Всего лишь сон. Он был слишком обрывочным, без подробностей, просто яркая, пугающая картинка, которая преследовала меня уже во взрослом возрасте.

– Я надеялась, что детское сознание воспринимает всё неправильно, – прошептала я и посмотрела на Ямина. – Просто страшный сон… Ты увидел, почему мой отец занимался чёрной магией? В моих воспоминаниях есть ответ?

Ас-алердин покачал головой и отпустил мои руки. Они безвольно упали, а сама я повинно опустила голову. Могло ли это быть связано с брачным договором? А со смутой в Абикарде? Волнения в народе начались уже тогда, но я так и не узнала их истинной причины. Вокруг было слишком много лживых и порой абсурдных теорий.

– Мантикоры способны проникать в сознание, – попытался успокоить ас-алердин, – может, твой отец стал их жертвой? В любом случае, – Ямин дотронулся до моих волос и убрал спутанную прядь за ухо, – мы докопаемся до истины. Ответ – здесь.

Он прикоснулся к моему виску, и я кивнула, соглашаясь с его словами.

– Больше сигналов – кроме того, двенадцатилетней давности – не поступало, но я обязан провести расследование. – Тамим закрыл надгробие. – Я искал на твоём отце следы связи с мантикорами – обычно остаются отметины на запястьях, словно порезы от ножа, но я надеялся обнаружить законсервированные тела, а не кости. Попытался восстановить фантомы, но спустя столько лет это уже невозможно. Мне жаль предполагать подобное, но я должен защищать наш мир.

Я вздохнула. Меня мучили бесконечные сомнения. Где добро, где зло? Я пыталась быть непредвзятой, но всё равно в итоге оступилась. И буду падать ещё не раз.

Выходили мы в молчании. Я поняла, что сняла со своей души огромный груз, придя сегодня сюда.