Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний

Что вы им пообещали, раз они все примчались сюда? Отдать остатки былого величия Абикарда? От него и так почти ничего не осталось! Я вас презираю! Вы недостойны его величества Роффе!

– Простите, – протянула я елейно-ехидным голосом, хотя хотелось сбежать отсюда как можно дальше, – а вы, собственно, кто?

Своим вопросом я желала поставить её на место, но ей было уже всё равно – всё, что хотела, она высказала. Женщину передо мной трясло. Она понимала, что её ждет после такого демарша: в лучшем случае это будет ссылка в монастырь, а в худшем – на острова. Максимум могут сделать поблажку на «женский короткий ум».

Хотя в наличии у неё ума я сомневалась, как и в благородстве гостей. Никто не кинулся на мою защиту, казалось, весь зал застыл в ожидании дальнейших событий.

– Извинитесь за клевету, – раздался голос Тамима, и он встал справа от меня. – Я прибыл по приглашению его величества Роффе, от которого вы в таком восторге, мадам. Принцесса не имеет к этому никакого отношения.

– Ей не интересны ваши слова, ир-айлин, – подал реплику Ямин и встал слева, – ей нужно было выместить на ком-то злость и страх, и по несчастливой случайности этим кем-то стала её высочество.

Демон подался вперёд, схватил женщину за руку и стянул перчатку под её испуганный вздох. Я дёрнулась, пытаясь его остановить, но меня удержала подошедшая Сивилла. С ней рядом встали и Нилла с Джули.

Женщина осеклась. Её глаза остекленели, на мгновение захваченные способностями Ямина. Она была в таком возбуждении от бурлящих внутри эмоций, что считывание её воспоминаний не стало проблемой для ас-алердина. Секунды через три он отпустил её, обронив:

– Сочувствую. Не потере мужа, а тому, что умер он из-за сына-предателя, открывшего ворота Ларским.

Зал охнул. Женщина отшатнулась и злобно посмотрела на меня, будто именно я была виновницей тех событий. Но ведь не я начала междоусобицу, в которой был виноват мой отец. Возможно, даже братья, но не я.

Чтобы я могла тогда сделать? Лечь в детский гробик рядом с отцом и матерью? Я не собираюсь чувствовать вину за то, что жива. Я люблю жизнь. И искренне благодарна родителям, спасшим меня.

Пора заканчивать спектакль. Слишком много голодных зрителей собралось.

– Ваше сиятельство, говорят, с крыши особняка открывается потрясающий вид на ночной город. Я бы хотела взглянуть и лично убедиться в этом.

– Конечно, ваше высочество, – тут же откликнулась графиня Вайлин и поспешно предложила, – позвольте проводить…

– Не стоит, – оборвала я её, – займитесь зазевавшимися… то есть заскучавшими гостями.

Зеваками, то есть. Слишком жадно все смотрели на меня, всем было интересно.