Твои
С отцом моей дочери мы находимся в прекрасных отношениях. Живет он за тысячи километров, алименты присылает вовремя, никогда не забывает о днях рождения, в мою личную жизнь и воспитание Полины не лезет. Так было до этого дня.— Снежок, привет. У тебя вечером какие планы?От звука знакомого голоса каблуки вонзаются в асфальт. Почему Роберт это спрашивает? Он приехал в наш город?— Как насчет ужина в семь вечера? Втроем. Ты, я и дочка.— А чем тебя прошлый график не устраивает? — сиплю я. — Раз в полгода?— Мы ведь договаривались, что ты не станешь препятствовать нашим встречам. — в его тоне отчетливо слышится металл. — Я приехал по работе и хочу проводить больше времени с дочерью.
Кровь туго пульсирует, старательно разгоняя аллерген по телу. Подглядеть имя звонящего получилось случайно — глаза сами собой на экран посмотрели. Собеседник, у которого что-то случилось с голосом, записан у него как «Эля жена».
50
Роберт
Открыв глаза, я первым делом смотрю на соседнюю подушку. Пусто. Ничего интересного я не проспал. Выходит, очередной уход Рады посреди совместного кинопросмотра был не маневром, позволяющим тайком навестить мою спальню, и я снова чем-то ей не угодил.
Рада, которую я знаю, не похожа на излишне рефлексирующую неврастеничку, поэтому скорее всего нам действительно требуется разговор. Эта мысль заставляет меня инстинктивно поморщится. Эхо брачной жизни. Слишком много было этих разговоров «по душам», а потому психика от подобной идеи старательно защищается. Приходится себе напоминать, что Рада — не Эля, и в принципе отличается от среднестатистических женщин. Она честная, прямолинейная и крепко стоит на ногах, и едва ли скатится в обвинения «ты не пытаешься слышать мою душу».
С этими мыслями я иду в душ, а после примерно на полтора часа погрязаю в телефонных звонках. В офисе все на ушах стоят из-за моего спонтанного отпуска. Кажется будто за годы работы все бизнес процессы давно налажены, но стоит пропасть с радаров, как выясняется, что всем-то ты нужен. И менеджерам, и клиентам, и поставщикам. Дашка как-то пошутила, что моя социальная востребованность однажды выйдет мне боком. Выходит, не пошутила.
На кухне я вижу Раду. Стоит у плиты полностью одетая, помешивает в кастрюле что-то кипящее. Судя по запаху — молочная каша.
Осторожно коснувшись ее талии, я заглядываю ей за плечо.
— Доброе утро.
Да, точно каша. Овсяная, которую я не ем.
— Доброе, — безо всяких эмоции отзывается она. — Сделать тебе кофе?
— Буду признателен, — соглашаюсь я, думая, что с таким ее настроем однозначно можно работать. Если женщина тобой не довольна, но готова заботиться, значит не все так плохо.
Выверенными движениями Рада тычет в кнопки на кофемашине, будто заранее это отрепетировала, и через минуту опускает передо мной чашку эспрессо. Да, с этим однозначно можно иметь дело. Во-первых, она помнит, какой кофе я пью, во-вторых, не попыталась ненароком вылить мне его на ширинку.
— Как спала?
— Нормально, спасибо. — Все так же без эмоций.
— А я тебя ждал."
"Говорю это для того, чтобы перевести воздух на кухне от промозглого нуля в плюс и заодно создать провокацию. Пусть фыркнет или съязвит, а дальше начнем разбираться в причинах.
— Я купила билеты в Иркутск на завтра, — чеканит она вместо этого. — Нужно возвращаться на работу.
Что ж. Создал провокацию — получи еще одну в ответ. Ну а если серьезно, у меня нет слов. Хотя есть парочка. Какого черта?
Отодвинув чашку, я выхожу из-за стола.

















