История одного замужества

– Я очень люблю мою мать, – волнуясь, проговорил Серж. Тон его, однако, был до странности мрачен и резко контрастировал со словом «люблю». – И она замечательная женщина. Нет, она не такая, как Евгения Викторовна, она не заводит… поклонников… не красит волосы и не пытается убедить окружающих, что ей чуть больше тридцати, хотя тут же сидит ее сын-студент и не знает, куда деть глаза. Но…

– Простите, а чем занимается ваша мать? – тихо спросил Игнатов.

– То тем, то этим. Немного переводит, пишет рецензии на спектакли, читает стихи в благотворительных концертах. – Серж заерзал на месте. – Я надеюсь, это останется между нами, да? Вам ведь вовсе ни к чему включать в протокол…

– Я пока ничего не записываю, – успокоил его Иван Иванович. – А в протоколе будет отражено только то, что непосредственно имеет отношение к делу.

Серж с облегчением выдохнул.

– Тогда я думаю, мы можем вернуться к моему… как его… алиби, да? Так вот: после завтрака я удрал из дома и пешком отправился к Башиловым.

– Кто-нибудь видел, как вы уходили?

– Нет. А, нет, видел! В саду я налетел на Анатолия Петровича и сказал ему первое, что мне пришло в голову, – что хочу отнести Натали ноты. Глупо получилось, потому что она не любит играть на пианино… и никаких нот у меня в тот момент не было…

– Каким он вам показался?

– Анатолий Петрович? Ну, он не вращал глазами и не шептал трагическим голосом, что собирается кого-то убить. – Серж увидел, как вспыхнули глаза следователя, и поспешил добавить: – Поймите, мне совершенно нечего сказать! Он был абсолютно такой же, как всегда…

– Итак, вы пошли к Башиловым. Кто-нибудь из них был дома?

– Да. Натали. Я так обрадовался, что… Словом, я ужасно обрадовался. И пригласил ее покататься на лодке, поглядеть на кувшинки вблизи.

– Она согласилась, и мы отправились на озеро. Катались, разговаривали, а потом я вернулся… И застал тут переполох.

– Скажите, – спросил следователь, – вы не видели на берегу рыбаков?

– Нет, я никого не заметил.

– Может быть, вы все же видели Иннокентия Гавриловича? Он уверяет, что удил рыбу.

– Да, и примерно в то же время, что и вы.

– Нет, – решительно сказал Серж, качая головой, – его там не было.

– Я бы не говорил, если бы не был уверен. Ведь озеро на самом деле маленькое, Андрей Григорьевич уверяет, что это вообще не озеро, а большой пруд. Мы с Натали катались по нему вдоль и поперек, и вдоль берега, и посередине – никакого Ободовского там не было.

И почему следователь ни капли не удивился, услышав эти слова?

– Скажите, а какое впечатление у вас сложилось о господине Ободовском?

– Э, нет, – усмехнулся Серж. – Тогда уж прямо спросите, считаю ли я его убийцей. Помнится, в романах Матвея Ильича…

– Меня интересует именно ваше впечатление.

– Оно будет неоригинальным.