История одного замужества

Башилов пустил в ход все свое влияние, все рычаги, на которые был способен надавить. Уверяли, что дело дошло до того, что он будто бы заплатил много денег некой темной личности с заданием прикончить соперника; что он пытался лишить жену средств к существованию и довести ее до нищеты, чтобы она одумалась. Ходили слухи и о том, что Башилов собирался нанять людей, чтобы выкрасть Наташу, и еще много всяких сплетен одна сочнее другой. Кончилось все тем, что Андрей Григорьевич все-таки дал жене развод, на который ранее упорно не соглашался, но взамен забрал Наташу и привез ее в Россию. В разговорах с друзьями он сообщил, что больше никогда и ни за что не женится, что, впрочем, не помешало ему почти сразу же после возвращения завести очередную любовницу – какую-то певицу. Но следует отдать Башилову должное: он остался таким же внимательным и заботливым отцом, каким был до развода, и следил за тем, чтобы Наташа ни в чем не нуждалась. Когда домашний врач обратил внимание на то, что девушка выглядит бледной и анемичной и посоветовал несколько месяцев в году проводить в деревне, Андрей Григорьевич сразу же забросил все дела и стал искать подходящую усадьбу. Ему очень понравились «Кувшинки», но баронесса Корф наотрез отказалась их продавать, и Башилову пришлось удовольствоваться соседней усадьбой, которая нравилась ему меньше, но где тем не менее можно было прекрасно провести летние дни.

Услышав о планах отца, Наташа (после заграницы ее часто называли Натали, на французский манер) поначалу не проявила энтузиазма.

– Будем жить вдвоем, по-простому, – живописал Андрей Григорьевич, ласково глядя на нее. (Слуги, само собой, в расчет не принимались.) – Рядом лес, озеро, если захочешь, я лошадку тебе куплю, можешь кататься верхом…

Натали потупилась. В прошлом она была свидетельницей слишком многих тяжелых сцен в семье и инстинктивно мало доверяла отцу, хоть и чувствовала, что он готов ради нее расшибиться в лепешку. Сельский отдых ее не привлекал, но в городе она не знала, чем заняться, а за границу отец бы ее не пустил, потому что там жила мать со своим вторым мужем и тремя их общими детьми. Подруг у Натали не было, если говорить о той задушевной дружбе, которая случается только между очень молодыми людьми. Она была болезненно застенчива, замкнута и с трудом шла на контакт с теми, кого мало знала; кроме того, Натали унаследовала от отца его наблюдательность и отлично понимала, что те, кто набивается ей в подруги, чаще всего завидуют ей и одновременно презирают ее родителей.

– Наверное, твои управляющие будут к нам приезжать каждый день, как здесь, – пробормотала она. – И никакого отдыха не получился.

Башилов засмеялся и тряхнул головой.