Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1

— Мне почему-то так не показалось! Вы, танцуя, столь мило ворковали… — ехидно заявил он, а затем заорал вновь. — Что между вами было?! Я желаю это знать сию же секунду! Ты спала с ним?!

Мне очень сложно было сдержаться и не закатить глаза. Очень…

Теперь, когда физиономия этого Блумфельтда, вместо выражения показной холодности и спокойствия, была перекошена от смеси гнева, обиды и ревности он напоминал мне ребенка. Избалованного ребенка, требовавшего у матери купить ему игрушку и, услышав отказ, закатившего в магазине скандал.

Я, наверное, не удивился бы, если бы он здесь и сейчас начал топать ножкой и расплакался…

— Вы ведете себя некрасиво и недостойно, Александр… — ответил я. — И нет, ничем подобным я с ним не занималась…

Гнев… Гнев лишает человека способности здраво мыслить даже вернее, чем страх…

Забавно, но этот человек, которому будущей весной Кайа должна будет достаться «в нагрузку», так сильно ревнует ее…

— Так что, Александр, вы не носите «зеленую шляпу», как говорят китайцы.

Я знаю его имя, но не его фамилию. Он, как и моя приемная мама, служит в Управлении Внутренней Безопасности, и я его вижу время от времени, когда он встречается с моей матушкой по служебным делам.

А еще Кайа обязана ему жизнью… — но, опять-таки, вслух я этого говорить не стал, дабы не вызвать очередной вспышки ревности и гнева.

Однако, Александра Блумфельтда мои слова нисколько не успокоили…

Вероятно, он даже и не собирался успокаиваться, и ему просто-напросто был нужен тот или та, на ком он смог бы сорвать свою злость…

Остановившись на мгновение, Александр Блумфельтд сделал указующий жест рукой (правда, указывал он в «никуда»).

— …Горчаков! Думаешь, ты и твоя Семейка сумеете безнаказанно унижать нас?! Твой дед и приемный отец считают, наверное, что все произошедшее сойдет им с рук… — последнюю фразу он сказал совершенно спокойным тоном, так, словно бы мгновением раньше и не визжал здесь, как истеричная женщина. — Нет, Кайа Игоревна, нет…вонючая ты потаскуха! С рук вам это не сойдет!

Он посмотрел мне прямо в глаза.

Очевидно, что Александр Блумфельтд — психопат. Это без сомнений, но…

Стоит мне сейчас совершить ошибку в общении с ним, дать хотя бы малейшую слабину и дело для меня закончится весьма скверно…

Он меня изобьет (возможно, до смерти). Но даже и это еще далеко не самое страшное…

По его физиономии заметно, что столь сильные эмоции вызвали у него половое желание, которое он постарается реализовать.