Кайа. История про одолженную жизнь. Том 4. Часть 1

Даже напротив, использовав весь свой опыт в этом приятном деле, доставшийся мне в наследство от покойного Дмитрия Николаевича (хотя и проделывал он подобное исключительно с барышнями, но Кайа — это не он), я самым активным образом поучаствовал в «процессе», представляя, правда, своим партнером иного человека.

— Быть может пропустим по бокальчику, пока мой папа не видит? — предложил я, отлипнув через несколько минут от губ любовника в тот самый миг, когда начал ощущать весьма неприятный факт того, что «червячок» возвращается к жизни…

— Почему бы и нет… — не стал возражать он, а затем жадно облобызал мою грудь, после чего я шустро вскочил с его колен и, показав любовнику язык, направился к бару.

— А где это ты так здорово научилась целоваться, негодница? — остановил меня его вопрос, и когда я обернулся, на лице Александра была заметна ревность и злость.

— Подруга. — скромно улыбнувшись и, уткнув взор в пол, ответил я. — Меня подруга научила целоваться.

— Вот как? — с какой-то внезапной радостью ответил Блумфельтд. — Я непременно желаю услышать все подробности…и обо всем прочем, чем вы там занимались, негодницы!

— Я ничего от вас утаивать не стану.

— Чего вам налить? — остановившись возле бильярдного стола и обернувшись к Александру, поинтересовался я.

— Виски. — махнул рукой он, и, судя по всему, вновь потерял интерес ко происходящему вокруг, сосредоточенно рассматривая чего-то там на потолке.

— Чистый виски, налей полный бокал. — пробубнил Александр, не глядя на меня.

— Как скажешь, господин мой! — игриво улыбнувшись, ответил я и, словно бы танцуя, развернулся, вновь двинувшись к бару, но уже сжимая в кулаке пакетик с «дурью».

Улыбка с моего лица моментально исчезла стоило мне отвернуться, а дойдя до бара и, взяв из него два бокала, я крепко зажмурился. Похоже, я действительно в аду…

В голове вертелось множество вопросов, большинство из которых начиналось с: «Что будет, если…?».

— Хватит! — шепотом велел самому себе я. — Стану решать проблемы по мере их поступления!

Ну уж нет, любезная матушка, нет! Безмолвной и послушной фигуркой на твоей доске я быть категорически отказываюсь! Я сделаю все что смогу, и даже чуточку больше, чтобы сломать тебе всю игру, а уж выиграю в итоге или же, наоборот, проиграю, это мы еще посмотрим!

Прикрыв глаза, я глубоко вздохнул.

Необходимо сделать так, чтобы Блумфельтд сразу же выпил содержимое бокала, а не начал его цедить небольшими глотками… — подумал я, на мгновение «зависнув», а затем, взяв в руки бутылку, на этикетке которой было написано: «single malt scotch whisky», налил себе примерно четверть бокала.

Как мне было что? — ответил самому себе.

Целоваться и обниматься с этим мужчиной. Я это имею в виду.