Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)

 — Однако, согласие Игоря Михайловича, вашего приемного отца, было нами получено. Выбор жизненного пути — штука сложная, тем более что вы будете крайне стеснены во времени.

Государь взял со стола песочные часы.

— Песка здесь ровно на три минуты. — он постучал ногтем по колбе. — И я даю вам ровно эти самые три минуты, чтобы определиться со своим дальнейшим путем. В том случае, если закончится песок, а вы к этому моменту не дадите своего ответа, я буду считать, что вы выбрали монастырь. Время для обдумывания вашего выбора пошло.

Перевернув часы, он поставил их на стол, после чего отвел от меня взор, очевидно, чтобы не смущать.

Нет, у меня отсутствуют даже малейшие сомнения в том, что мою Кайю действительно отправят в монастырь, если я не сделаю сейчас свой выбор или сам же выберу подобный вариант, но…

Государь, по какой-то причине не может или не желает приказать мне прибыть в распоряжение дамы Кристины. Он хочет, чтобы выбор был сделан мною добровольно.

— Монашество — это хороший путь, достойный. — услышал я голос Государя.

Но только не для меня!

— Наверное… — произнес я, глядя на то, как сыпется песок в часах.

Отпущенное мне время, для того чтобы сделать выбор, уже практически иссякло.

Обернувшись, взглянул на дисплей, картинка на котором застыла аккурат на том моменте, когда я предлагал предателю сделать его собственный выбор. Простое совпадение?

— Ваше Императорское Величество, я выбираю второй путь. — дал ответ я, аккурат в тот самый миг, когда сыпались последние песчинки. — Но как же быть с моей репутацией?

— Отныне твоя репутация — это моя забота. — Государь вновь перешел на ты, а затем, встав со стула, поманил меня к себе.

Я подошел и он, взяв меня за плечи, поцеловал, в щеку, дважды, сначала в левую, а затем и в правую.

Я ожидал, что он сейчас скажет нечто пафосное, как в кинофильмах про мафию, а-ля: «добро пожаловать в Семью» или нечто подобное, но…

— Уже очень поздно. — он бросил взгляд на часы. — Не смею более задерживать тебя, Кайа, езжай сейчас домой…

Он назвал меня просто по имени!

—…а через несколько дней ты переедешь к нам.

Вот так вот внезапно, без «предварительных ласк», закончилась одна «глава» моей «истории», и началась другая. Кажется, только что я стал придворным в самом прямом смысле этого термина.

И, похоже, в Москве я теперь не появлюсь довольно долго.

— До свидания, Ваше Императорское Величество…

— Федор Иванович. — перебил меня он.

— Федор Иванович. — повторил за ним я.

— Доброй ночи, Кайа. — ответил он, а затем вызвал своего адъютанта, который сопроводил меня к Миле, находящейся в обществе некой очевидно знакомой ей придворной дамы.

Стоило покинуть дворцовую территорию, как меня одолел отходняк.