Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Гидравлический механизм вытолкнул щипцы, но Мерета все же успела втащить к себе ведерко. Механизм с шипением повернулся, и дверца шлюза закрылась.

— Сейчас тебе удался этот фокус, но завтра он у тебя уже не пройдет, — крикнула из–за стены женщина.

Ярость в ее голосе была для Мереты утешением.

— Я буду давать тебе испорченную еду, пока ты не протрешь стекла. Поняла? — прибавила ведьма.

А затем люминесцентные лампы под потолком погасли.

Некоторое время Мерета сидела, подняв глаза на слабо светящиеся бурые пятна зеркальных стекол и маленький незамазанный уголок, сквозь который пробивалось чуть больше света.

Она заметила, что женщина пытается до него дотянуться, чтобы заглянуть внутрь, но Мерета специально оставила его повыше. Она попыталась припомнить, когда она вот так, всем своим существом, в последний раз испытывала такое упоительное чувство победы. Она знала — это продлится недолго, но в том времени, в котором она жила, только такие моменты придавали смысл ее существованию.

А еще воображаемая месть и мечты о свободе. И о том, как в один прекрасный день она свидится с Уффе.

В ту ночь Мерета в последний раз зажгла фонарик.

Подойдя к чистому уголку на непроницаемом стекле, она посветила себе в рот. В десне зияла огромная дыра, но, насколько можно было разглядеть в этих условиях, с ней все было в порядке. То же самое показало прощупывание языком. Рана уже начинала заживать.

Через несколько минут свет фонарика начал тускнеть, и Мерета, опустившись на колени, принялась изучать запирающий механизм люка. Она видела его уже тысячи раз, но сейчас, пожалуй, самое время запомнить его устройство. Кто знает, зажжется ли когда–нибудь еще освещение на потолке?

Дверца шлюза имела закругленную и, по–видимому, коническую форму.

Нижняя выемка — очевидно, затвор люка — в высоту была не более семидесяти пяти сантиметров, и здесь также щели почти не прощупывались. Внизу спереди была приварена металлическая втулка, которая удерживала дверцу в открытом положении. Мерета тщательно изучила ее, пока фонарик не погас окончательно.

Оставшись в темноте, она стала обдумывать дальнейшие действия.

Для нее было важно оставить за собой право распоряжаться тремя вещами. Во–первых, возможностью решать, когда и как ее будут видеть окружающие, и эту задачу она уже выполнила.

Давно–давно, когда она только здесь очутилась, она тщательно обследовала всю поверхность стен вплоть до мельчайших подробностей в поисках того, что могло быть камерой наблюдения. Чудовища, которые заперли ее здесь, решили целиком положиться на зеркальные стекла И в этом был их просчет, потому что теперь она могла передвигаться по помещению, оставаясь для них невидимой.

Во–вторых, она намеревалась позаботиться о том, чтобы сохранить рассудок.