Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Продал их только спустя некоторое время после одиннадцатого сентября.

Карл кивнул. Да, на этой катастрофе многие нажились.

— Сколько же вы на этом заработали?

Баггесен поднял голову:

— Миллионов десять, не меньше.

— И тогда убили Мерету, чтобы она это не разгласила?

Депутат фолькетинга так и подскочил на месте, и Карл снова увидел на его лице то же выражение, которое уже замечал в прошлый раз.

— Нет, нет! С какой стати мне было ее убивать? Ведь в моих делах не было ничего противозаконного. Подумаешь, великое дело! Все так поступали.

— Тогда вам не удалось бы уйти из фолькетинга по собственному желанию, вас бы просто выгнали.

Взгляд Баггесена растерянно заметался, потом остановился на списке подозреваемых на стене, среди которых были и его собственные инициалы.

— Спокойно можете их вычеркнуть, — сказал он и поднялся со стула.

Ассад явился на работу только около трех часов дня — значительно позже, чем можно было ожидать от человека при такой скромной должности и шатком положении. Карл на секунду задумался о пользе начальственного внушения, но сияющая физиономия помощника и написанный на ней энтузиазм перевесили, и Карл отказался от мысли нанести исподтишка такой удар.

— И где ж ты столько времени пропадал? — спросил он только, показывая на часы.

— Тебе привет от Харди. Ты же сам меня послал к нему.

— Ты что, сидел у Харди семь часов? — Карл снова показал на часы.

Ассад потряс головой:

— Я рассказал ему все, что узнал об убийстве велосипедиста. И знаешь, что он сказал?

— Он, наверное, сказал тебе, кто убийца.

Ассад обратил на начальника потрясенный взгляд:

— Ну ты и правда знаешь его очень хорошо! Да, так и было.

— Имя он все–таки вряд ли назвал?

— Имя? Нет.

Но он сказал, что надо искать человека, который играл значительную роль в жизни детей. Что это, вероятно, или учитель, или воспитатель из внешкольного учреждения — кто–то, от кого они сильно зависят. Бывший муж свидетельницы, или врач, или кто–нибудь, кого дети очень уважают. Учитель верховой езды или что–нибудь вроде. Но это должен быть кто–то, кто имел дело с обоими детьми. Я сразу сообщил об этом на третьем этаже.

— Вот как! — Карл поморщился. Надо же, как гладко он вдруг начал излагать! — Представляю себе, в какой неизъяснимый восторг это привело Бака.

— Неизъяснимый, — повторил Ассад новое слово. — Может быть. Какое при этом у человека бывает лицо?

Карл пожал плечами. Перед ним был прежний Ассад.

— А что ты еще делал?

Брови сирийца зашевелились, и Карл понял: у того припасено еще что–то.

— Смотри, что у меня тут.

Вытащив из пакета для вещественных доказательств потертый еженедельник Мереты, он выложил его перед Карлом.

— Вот гляди сам: разве не здорово?

Карл раскрыл телефонную книжку на букву X.