Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Ей пришлось пережить ад на земле, и всю свою жизнь она провела в горести. Из–за нее пострадали другие люди. В иной жизни хуже этого уже ничего не может случиться, если только есть иная жизнь. А если там вообще ничего не будет, то чего же тогда бояться?

Она скользнула взглядом вниз и обнаружила, что темно–красное пятно на полу было не больше ладони. Тогда она перевернула руку и посмотрела на проколотое место. Кровотечение почти остановилось. Несколько капель проступило на коже, они слились вместе и медленно начали сворачиваться.

Между тем удары молота снаружи смолкли, и не слышно было ничего, кроме посвистывания воздуха в щели шлюза и громкого биения пульса в ушах.

Эти удары сделались громче. Прислушавшись к себе, Мерета заметила, что голова заболела, а все тело и суставы заломило, как при начале гриппа.

Тогда она снова взялась за иглу и глубоко вонзила ее в только что закрывшуюся ранку, даже подвигала иглой вверх и вниз и покачала во все стороны, чтобы расширить порез.

— Мама, я пришел! — послышался новый голос.

Это был Лассе. Затем в переговорной системе раздался испуганный голос его брата:

— Я хотел поменять батарейку, но мама велела мне принести молот.

Лассе, я не смог разбить стекло, хотя старался изо всех сил.

— Молотом его не расколотишь, — ответил Лассе. — Твоих сил для этого мало. Надеюсь, ты не сломал детонаторы?

— Нет, я смотрел, куда бить. Я правда очень старался.

Мерета вытащила иголку из раны и посмотрела вверх на помутневшее стекло, по которому во все стороны разбегались трещины. Рана на запястье кровоточила теперь сильнее, но все же недостаточно. О господи, почему? Неужели она проколола не артерию, а вену?

Тогда она уколола себя в другую руку.

Резко и глубоко. Тут, слава богу, кровь потекла сильнее.

— Мы не могли помешать полиции зайти на территорию усадьбы, — сказала вдруг ведьма.

Мерета затаила дыхание. Увидела, как кровь вдруг вырвалась из раны и потекла быстрее. Полиция? Неужели сюда приходила полиция?

Она закусила губу. Почувствовала, что головная боль усилилась, а сердце забилось слабее.

— Они знают, что этот участок раньше принадлежал Хейлу, — продолжала женщина. — Один из них прикинулся, будто не слыхал о гибели Даниэля Хейла поблизости отсюда, но он солгал, Лассе, я поняла это по выражению его лица.

Мерета почувствовала давление в ушах, как при посадке самолета, только оно усиливалось быстрей и сильней. Она попыталась зевнуть, но не смогла.

— Зачем я им понадобился? Это имеет отношение к тому полицейскому, о котором писали газеты? Это тот, который заведует новым отделом? — спросил Лассе.

Из–за пробок в ушах голоса доносились до Мереты словно откуда–то издалека, но она не хотела пропустить, что они говорят. Ей надо услышать все.