Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

— Я знаю, что вы там! — крикнула Мерета; ее пробрал озноб, губы и все лицевые мышцы задрожали. — Убирайтесь отсюда! — прошипела она, наклонившись к стеклу.

Но тень осталась на том же месте.

Тогда Мерета села на пол, уткнулась в колени и обхватила голову руками. От одежды сильно тянуло затхлостью. Она носит эту блузу, не меняя, вот уже три года.

Серые сумерки висели в помещении день и ночь, но это было лучше, чем полный мрак или никогда не гаснущий свет. Они давали выбор: можно было не замечать света или не замечать тьмы. Теперь она уже не закрывала глаз, когда хотела сосредоточиться, а позволяла мозгу самому решать, в каком состоянии ему удобнее отдыхать.

Этот серый свет содержал множество оттенков — почти как во внешнем мире, где день может быть по–зимнему ясным, по–февральски темным, по–октябрьски серым, дождливо–пасмурным, сияющее–ярким и включать всю палитру красок. В этих стенах ее палитра ограничивалась черным и белым цветом, и она смешивала эти краски, смотря по настроению. Пока у нее был холст в виде этого серого цвета, ей еще не грозило безнадежное отчаяние.

А Уффе, Винни Пух, Дон Кихот, Дама с камелиями и Смилла врывались в ее мысли, сыпали песок в песочные часы и засыпали им тени, встающие за стеклом.

Благодаря им ей было гораздо легче жить в ожидании новых козней со стороны тюремщиков. Они все равно приходили, несмотря ни на что.

И тени за стеклом стали обыденным явлением. Каждый день, через какое–то время после прибытия еды, в одном из окошек на стекле появлялась тень. Первые несколько недель она была маленькой и немного размытой, но скоро сделалась отчетливей и крупней, придвигаясь все ближе.

Мерета знала, что из–за окна ее хорошо видно.

В один прекрасный день они направят на нее прожектор и велят делать то или другое. Можно только догадываться, какую радость могли находить в этом скоты за окном — ей это совершенно не интересно!

Незадолго до ее тридцатипятилетия за стеклом неожиданно возникла еще одна тень. Немного крупнее и не такая четкая, она явно возвышалась над первой.

«Позади одного человека стоит второй», — подумала Мерета и ощутила новый приступ страха: теперь она оказалась в меньшинстве, противники имеют явное численное преимущество.

Ей потребовалось несколько дней, чтобы свыкнуться с изменившейся ситуацией, но спустя некоторое время она решила бросить вызов своим тюремщикам.

Ожидая, когда появятся тени, она легла на полу под окнами. Здесь они ее не увидят. Они придут, чтобы посмотреть на нее, но она не даст им этого сделать. Мерета не знала, сколько времени они будут ждать, чтобы она вышла из своего укрытия. В этом и заключался задуманный маневр.

Когда ей во второй раз за день потребовалось сходить в туалет, она поднялась и прямо посмотрела в окно.