Хомякус советикус-1.4

Пришлось в темпе раскидать все закуски и остатки по полкам холодильника и я скоро всё очистила. Уходили мы из чистой кухни на нашу застекленную террасу. Свой саквояж Ларик из рук не выпустил.

К столу мы попали вовремя. В холле играла музыка и Шин всех усаживал за накрытый стол.

Процесс знакомства повторился. Пока все рассаживались за стол, я смоталась в виллу Мони и выдала им всем подарки, задерживаться не стала и сразу вернулась к столу.

Ларик виртуозно разливал по фужерам домашнее вино. Он первым пригубил его и одобрил. Закуски у Шина были необычными, мы опять пили и пробовали новые кушанья. У них была программа вечера и после первого тоста Фанг демонстрировал фокусы- ловкость рук и никакого мошенства. Смеялись много и не могли разгадать его фокусов. После второго тоста Али показывал рисунки- портреты всего коллектива. Мой рисунок был самым необычным, моё лицо было окутано туманом и только угадывалось. Мне понравилось.

Арабы подавали кофе и было необычным пить его не в конце застолья, а по ходу его. После прогулок по застекленной галерее, когда съеденная пища чуть освободила желудок, мы были готовы к новым тостам, Ашот подал шашлык с овощами на шампурах.

В двенадцать часов был последний тост и после него чай или кофе с тортом.

Пока все помогали прибрать Шину со стола посуду, я на кухне её быстро очищала. Так что мы всё очень быстро прибрали и стали расходиться. Поинтересовалась у Ларика, где он хочет провести эту ночь, в моей гостевой или здесь? Он захотел остаться здесь. Повела его в соседнюю комнату с сестричками, показала санузел, всё необходимое в комнате было.

Перешла к себе на этаж и моментально уснула.

Утро для меня началось поздно, но последствий предыдущего дня не ощущалось, была страшная лень и даже вставать совсем не хотелось. Но мысль, что я бросила Ларика одного в лечебном корпусе заставила не просто вскочить, а подпрыгнуть с кровати, судорожно одеваться и бежать на его спасение. Кое-как оделась и сразу перешла в лечебный корпус. Дверь комнаты, куда поместила Ларика прикрыта, но я постучала, а когда не дождалась отзвука, буквально ворвалась в комнату. Кровать была заправлена, а Ларик отсутствовал. Бегом к Шину, тот жестом послал в холл.

За столом сидели мои арабы и вместе с Лариком попивали кофе и доедали тортик. Болтали они на арабском, причём вместо моих безотказных арабов-работяг с Лариком беседовали два высокомерных сноба. Я вылупилась на этот спектакль и моя челюсть начала падать, практически натурально. Меня заметил Ларик и жестом пригласил присоединиться к ним. С моим появлением авансцена сразу изменилась. Арабы тотчас же поменяли выражение лиц и стали прежними милыми ребятами, причем Бакир вскочил и с кухни мне принес чашку кофе и кусок торта к нему.