Хомякус советикус-1.4

Я поеду пораньше и до их появления смогу сдать с Женей свои отчёты по мидийной ферме. Встретимся во вторник с утра у дверей министерства, где вместе с куратором и будем обходить высокие кабинеты. Нас с Милой построили и мы организованно покинули кабинет. С Женей также договорилась, что в понедельник сразу от Мони перейдем к его начальству, так что у него два дня для шлифовки отчёта.

Вернулась к своему кабинету, а меня уже ожидал бригадир из гальваники. Они уже стали обустраивать свои рабочие места, только мешал начальник цеха и чтобы его приструнить, требовался приказ директора. Также им требовалась спецодежда, размеры которой мне и передали. Я вместе с директором отбываю в Москву с отчётом, так что решим со спецодеждой в конце следующей недели. Составила проект приказа по участку и перешла к Клавдии. Приказ мы с ней подправили и она сама обговорит его с директором.

Прямо с лестницы перешла к нашему офису, а там Моня общался с родителями нашего гонщика. Послала Таню к нему с напитком и через пять минут уже рассматривала нашего пациента. Парень спал, повязка была только на лице, он явно уже двигался, у кровати стояли теннисные туфли, а сам он был в спортивном костюме. Провела диагностику: формирование глаза завершилось, воспалений не было и физически парень восстановился. Под повязкой мышцы лица восстановились, а вот не пострадавший глаз вызывал обеспокоенность. Пришлось корректировать этот глазик, убирать некоторые изменения и возвращать сто процентное зрение.

Стоявшая рядом Таня наблюдала за мной, а я, судя по её поведению просто смотрела на парня и даже близко к нему не приближалась.

— Таня, Лея разрешила снять с него повязки, только окна зашторь, будет полумрак, пусть привыкает, завтра уже сможет на солнышко выходить и загорать понемногу.

Вернулась в офис, а там уже Моня с родителями угощались кофе. Родителей выпроводили, а Моня облегченно вздохнул.

— С этим гонщиком комитет нас здорово подставил, парень с родителями американцы, сюда прибыли в гости и вот пожалуйста, авария или терракт. Все отказались восстанавливать парня, а стариканы его нам подсунули. Родители уже его видели, они тут прогуливались между пальмами. Лица то не видно, но мать всё тело его осмотрела и вроде бы убедилась, что это сын. Он ведь молчит под повязками и только мычит. Они в растерянности и пока не верят в его исцеление. Видели сами его всего поломанным. Второй день в себя прийти не могут. Кожа на теле у парня гладкая, даже следов нет страшных ран. Пришлось вешать длинные макароны на уши.

— Моня, не макароны ты вешал, а лапшу на уши.

— Ладно, Мара, лапша, так лапша, но жилетка у меня мокрая и я совсем без сил.

Оставила его отдохнуть, а сама пошла искать Лею. Нашла нашу химичку у самогонного аппарата.