Киберканикулы

Пока они ритуально приветствовали друг друга после семнадцатиминутной разлуки (до часа допускалось ограничиться всего тридцатью пятью звуками и двенадцатью телодвижениями), Олег непротокольно сбежал. Но чего еще ожидать от примитивного гуманоида!

– А жаловаться так никто и не пришел, – горестно хлюпнул второй крамарец, и собрат сочувственно пощекотал его кончиком хвоста.

– Это наша вина, – заверила их оказавшаяся поблизости Сара. – Мы слишком хорошо все организовали!

– Сара, а как там ваши родичи? – окликнул ее Стрелок. – Не рассердились, что мы их чуток разыграли?

Для транслятора крамарцев авшурка говорила подчеркнуто четко и правильно, но с людьми живо развернулась на всю катушку.

– Чуток?! – оскорбленно фыркнула она. – Шоб ви понимали за правильную охоту – когда ви идете в берлогу до медведя, то ви либо идете, либо не идете, а пинать надо так, шоб он лег и загрустил, а не побежал за вами со свежим аппетитом! Кстати, спасибо вам за тот красивый спектакль про ссору под зрительским окном и уход без дружеского досвидания! Эти дураки поверили в договорняк в свою честь и выиграли дополнительный убыток на ставках.

Стрелок смущенно кашлянул. С Козырем они ругались по-настоящему и где получилось.

– Эмчеэсовцы никогда не прощаются. Примета плохая. Но все равно как-то неловко вышло, м-да…

– Ну, строго говоря, авшуры одновременно и выиграли, и проиграли эту гонку, – примирительно заметил Хрущак. – Значит, жаловаться им не на что!

– Пусть только попробуют! – воинственно поддакнула Сара.

– О, так я же на это и ставил! – обрадовался крамарский миллионер. – Значит, мне полагается двойной выигрыш?!

Хрущак принялся отводить взгляд и юлить, что это фигуральное выражение, а деньги выплачиваются в соответствии с турнирной таблицей, но Стрелок наступил ему на ногу – а в экзоскелете это очень весомый аргумент! – и дружески посоветовал:

– Не жадничай, такую феноменальную удачу лучше не обижать! Иначе она отвернется от тебя самого.

– Вы, эмчеэсовцы, слишком суеверные! – проворчал Хрущак, но все-таки расчехлил планшет.

Удача его, может, и простит, а вот влипнуть в бюрократическую тяжбу с крамарцем куда страшнее.

После пресс-конференции Кира ухитрилась выкроить себе крохотную передышку в служебном туалете – глотнула воды прямо из-под крана, подправила макияж, прическу и, стянув туфли, несколько минут посидела на закрытом унитазе с запрокинутой головой и блаженно вытянутыми ногами. Дольше, к сожалению, было уже неприлично, да и друзья забеспокоятся, все ли с ней в порядке.

– Ну, как я отстрелялась? – с надеждой спросила она у Реми, цербером дежурившего у выхода из кухни.

– На высшем уровне, – заверил ее секретарь. – Как и всегда.