Кодекс Охотника. Книга XXXII

Под землю я запустил кротов и зубастых метровых червей-проглотов, которые должны там уничтожить всё живое, до чего только доберутся.

Самые интересные события всё же происходили в небе. Птицепад не прекращался вообще. Каждую секунду десятки птиц просто падали, причем это были птицы как врага, так и мои. И самое интересное, что каждый мог позволить это себе. А еще, когда я завалил первую сотню птиц, то осознал одну вещь. У всех у них была душа, значит, их поработили. И это решило многое. Теперь я не могу уйти отсюда, пока не разберусь с этим правителем. Ведь порабощать души — очень плохо. Другое дело — изгонять и занимать тела. Но тут именно другое, порабощение.

Интересно, вообще, устроена Многомерная Вселенная. Искал портал, а нашел Поработителя, и главное — какого… Даже после смерти тел он не отпускал души, а удерживал их, сбивая меня с толку. И только, когда их стало слишком много, не смог их всех удержать. Все знают, что если Охотник находит Поработителя, то он должен убить его. Это наш долг. А потому втыкаю свой клинок в землю и начинаю напитывать его очень едкой и заразной для него энергией, которая будет распространяться во все стороны, тем самым лишая Поработителя контроля.

— Ш-ш-шука! — ругается Шнырька, когда небо вдруг стало серым и застучали барабаны.

Оглянулся и вижу, что с пригорка в нашу сторону выезжает не меньше десяти тысяч всадников. Хотя нет… Не всадники. Гребаные рогатые кентавры!

Тут же создаю медведей и орду тигровых гиен и отправляю их в сторону кентавров.

— Ш-ш-шматри!!! — орет снова Шнырька.

В сотне метров от нас, из-под земли, появился новый гость. Голова, размером с грузовик, это была змея, которая ползет в нашу сторону. Старая особь, и полностью слепая. Она так долго лежала под землей и ждала своего часа, что её глаза атрофировались.

Жду, когда она подползёт поближе и передаю еще больше энергии через свой клинок. А затем придаю этой энергии форму копья и оно входит прямиком в змеиную голову.

Тварь получает разрыв связи со своим владельцем, и так как была очень старой, то просто умирает. Грубо говоря, у неё случается инфаркт.

И да, забыл сказать одну вещь. Поработители не любят нас, Охотников, даже больше, чем мы их… Ведь мы были именно теми, кто разрушал всё, что они выстраивали веками. Даже сейчас, пока я распространял под землей свой силу, я ставил специальные метки Кодекса… Много меток, и на этой земле ближайших пару сотен лет не будет власти у этих существ.

И сейчас, пока я тратил на это время, вижу, что всё вокруг становится намного серьезнее. Куда не глянь, всюду противники. Сколько их здесь? До хрена… Даже для меня это перебор. И я понимал, что если останусь и дальше стоять на месте и защищаться, то мне будет хреново, а потому придется рисковать.