Кодекс Охотника. Книга XXXII

— Да хоть на два, — сказал я. — Пока все из нас не решат свои дела, никто не уйдет из этого мира. Разве что эти дела будут не решаемые и тогда он остаётся.

— Андрей… — я повернулся к задумчивому Андросову.

— А? — Андрей поднял на меня глаза. — Я тоже иду, без вариантов. Но я звонком не обойдусь. Мне нужно увидеть Свету и Александру, — он на секундочку замялся.

Я подбадривающе кивнул ему.

— Я хочу, чтоб ты пошёл со мной к Светке. И дело не в том, что я буду отпрашиваться. Просто… Дочка… Я хочу, чтобы она увидела тебя.

— Ну-ну, Андрюха… Конечно, буду с тобой, но твоя интонация мне ни хрена не нравится.

Так сказал, что как будто моя будущая крестница должна взглянуть на великого Александра Галактионова, которого больше никогда не увидит. У меня есть отличный план. И, чтоб вас немного успокоить, я приоткрою часть из него. Всего-то для того, чтобы нам вернуться, надо завалить одного из Владык Инферно. Это такие рогатые ублюдки, похожие на богов, только у себя в собственном мире. Их энергии хватит, чтобы прорвать заслон Запретного Мира, в этом я уверен. Нужно всего-навсего малость: найти этого Владыку и убить его. Легкотня же, правда?

На лицах абсолютно у всех ребят возникли улыбки. Я повернулся к последнему участнику совещания.

— Отец, — в ответ кивнул Ларик.

Ну, с ним как раз было всё понятно. Эльф прожил очень много времени. И мы с ним составляем буквально единое целое. Так что, да, я практически мог считать его мысли и предугадывать поступки. В том, что он пойдёт со мной, не было вообще никаких сомнений.

Я бросил взгляд на часы и повернулся ко всем.

— Двух часов хватит собраться?

Дождался, пока все кивнули, и повернулся к Андрюхе.

— Лети к Светке. Я буду чуть попозже.

— Понял, — кивнул он.

И Паладины просто исчезли из этого мира, разбежавшись по своим делам.

— Илларион, — повернулся я к нему. — Не хочешь проститься с Эмико?

— А зачем? — искренне жизнерадостно улыбнулся Ларик. — Мы же ненадолго. Убить Владыку Инферно — да там делов-то! Заберём Хельгу, вернёмся обратно. Цесаревна Ольга обещала показать Эмико достопримечательности, сводить в оперу. Так что я думаю, немного-то я и пропущу, — Ларик понизил голос и зачем-то обернулся, понизив голос. — Не люблю оперу.

У них голоса вообще нет!

Я не выдержал и рассмеялся. Ну, да, куда великим оперным певцам до Ларика. У них-то, бедолаг, всего один голос!

На душе даже как-то стало полегче. Не то, чтобы я сильно переживал. Если бы у меня было понимание, что мы действительно не сможем вернуться, я бы не брал с собой вообще никого. Все эти люди были слишком дороги мне, чтобы жертвовать ими. А весь мой спич, который я произнёс на серьёзных щах, просто объяснял природу Вселенной, в которой может случиться всё, что угодно.