Кодекс Охотника. Книга XXXII

— Ну, мало ли что…

— Саша, вот я тебе сейчас тресну! Честно! Никогда не думала, что буду поднимать руку на мужа, но вот сейчас бы тебе как залепила! — Аня даже слегка замахнулась, демонстрируя свою готовность. — Чтобы у тебя в голове всё на место стало. Я понимаю, что беспокойство о нас и о детях это слишком… необычно для тебя. Особенно на фоне той же жизни, которую ты вёл раньше. Но я тебя прошу, абстрагируйся от семьи сейчас. Это всего лишь задача, которую нужно выполнить. Ты сам говорил, ты тысячу раз так делал и каждый раз выходил победителем. Или я что-то путаю?

Моя улыбка становилась всё шире, когда я смотрел на свою рассерженную жену.

— Катя, ну скажи ему, чего он, как поц? — повернулась Аня к Катюхе.

И та решительно кивнула головой.

Я моментально схватил Аню, закинул её на плечо и громко хлопнул по круглой попке.

— Никто не смеет называть Александра Галактионова поцом, кроме Сары Абрамовны. И то я ей только из-за возраста разрешаю.

— Отпусти, Саша, это не смешно! — раздалось у меня из-за спины.

— А по-моему, очень смешно, — я подошёл к дивану и аккуратно посадил её обратно. — Ну, да. Спасибо за мотивацию.

Думаю, что если ты решишь меня бросить, то можешь вполне открывать курсы мотивационных лидеров, у тебя получится.

— Дурак! — стукнула кулачком Аня меня по плечу.

— То есть, мечи ты забираешь? — прищурилась Катя, переходя к сути.

Я с показным вздохом снова прицепил их себе на пояс.

— Вот и хорошо! Вот и отлично, — захлопала руками Аня. — Теперь нужно проститься с детишками.

— Спасибо, что напомнила. Сам бы я не догадался. Антон Саныч, — поднял на руки карапуза и поцеловал его в щёку.

Мелкий тут же попытался накрутить мне сливу, но безуспешно.

Он нахмурился, посмотрел на меня голубыми глазами и внезапно выдал:

— Папа на! — и показал мне большой палец.

Вокруг наступила тишина. Антон огляделся и понял, что его выступление оценили и радостно заржал беззубым ртом, дрыгая ногами. Улыбнулась даже Аня, забирая его обратно.

— Ты ж понимаешь, что он хотел сказать, типа «папа нагни там всех!»

— Это было абсолютно ясно и понятно, — хмыкнул я, глядя в ярко-голубые глаза сына. — Ну, а теперь ты… — взял я Ассу. — Что ты пожелаешь своему бестолковому бате?

Асса тоже улыбалась, но улыбалась только так, как может улыбаться только эта маленькая чертовка.

Так, что глядя в её глаза, смелые люди могли почувствовать дискомфорт, как будто им в глаза заглядывает сама вечность. Ну, или бездна. Ха-ха.

Внезапно в комнате потемнело. Аня и Катя всполошились, но я приподнял руку успокаивающим жестом.

— Всё нормально. Ну, вот… Говорят же… Да, даже в мыслях вспоминать кое-кого не нужно.

Внезапно я почувствовал, как малышка приложила свою пятерню мне к щеке и весело засмеялась. И засмеялась каким-то очень взрослым смехом.