Контуженный: АДАПТАЦИЯ (СИ)

В один из дней верховный проповедник, курируемый пиратским кланом, перешёл на качественно иной уровень. Его слова, произносимые с трибун, начинали западать в души дагорианцев, как только он открывал свой рот, заполненный подпиленными зубами. Жители планеты, заполнявшие под завязку огромные площади, вставали на колени и простирали к нему свои руки, как только он начинал свою речь.

И вот тогда-то и случился переломный момент в истории развития планеты. Дагориане по слову представителей Церкви Вознесения массово отказывались от использования продвинутых технологий, от космических полётов и нейросетей. Повсеместно собирались все приборы, устройства, станки и сгружались в трюмы кораблей. Весь, гражданский и военный, космический флот был отправлен на одну из планет звёздной системы, на которой образовалась свалка, своеобразное кладбище прошлого развитого Дагора. Забирать обратно эти корабли никто не собирался, их отправляли туда в автоматическом режиме.

А затем, в один из дней, прибыла комиссия из Содружества Независимых Миров. Некоторое время они работали на планете, но так и не добрались до сути проблемы, а возможно, и не очень-то старались. Документы были заполнены, космос велик и чего в нем только не бывает, ну, вот так решили местные жители, это их право, значит, так тому и быть. Статус планеты и уровень развития цивилизации изменился, в системе был подвешен гипермаяк, сигнализирующий о запрете на посещение Дагора. И с тех пор некогда процветающая планета была практически вычеркнута из основных навигационных маршрутов. Регресс усиливался с каждым циклом, вся светская власть упразднилась и полностью перешла в руки представителей церкви.

К сожалению, допрашиваемый ничего не знал о том, почему вдруг этот странный великий проповедник стал таким убедительным. Во всём рассказе просветленного это был самый скользкий момент, и он очень напрягал Стакса. Что же могли придумать для достижения такого результата? Явных ответов на этот вопрос у сибурианца не нашлось. Он раз за разом перефразировал свои вопросы и требовал на них исчерпывающие ответы. Допрос с пристрастием длился почти полтора часа, но всё, что было возможно, у местного просветленного заправилы районного масштаба было вытащено.

— Ну, ученик, что мы будем делать с этим негодяем? — поинтересовался Лакин у молодого дагорианина, который, ни слова не говоря, наблюдал за всем процессом.

Каур Рорук растерянно поглядел на учителя, который требовательно смотрел на него, моргая своими необычными веками.

— Этот негодяй недостоин жизни, — наконец-то выговорил парень и отвернулся, пряча свои глаза.

— Тогда вот тебе очередной урок. Свою первую кровь ты взял, можно сказать, случайно.