Королева Бедлама

Капелл взглянул на Эванса:

— Диппен Нэк? Что это за имя такое? Вы его знаете?

— Нет, сэр, — ответил охотник.

Капелл вновь направил внимание на своего пленника и начал теребить серебряные пуговицы на его жилете.

— Мистер Эванс, принесите-ка сюда переписную книгу и посмотрите, значится ли там Диппен Нэк. Красивые пуговицы, кстати говоря.

Эванс снял устройство с глаза Берри, который, должно быть, совершенно пересох. Она часто заморгала, словно пытаясь вернуть его на место без помощи пальцев. Эванс подошел к столу, открыл ящик и достал оттуда тонкую книжицу в коричневой кожаной обложке.

Мэтью сразу ее узнал — то была копия переписной книги Нью-Йорка за прошлый год (перепись проводили по приказу покойного мэра Худа). По бокам Мэтью заструился пот. Не дай бог у Нэка жена и полный дом детишек, или он живет с престарелой матерью…

— Диппен Нэк — это, должно быть, прозвище, — выдавил он, пытаясь немного сбавить накал, — настоящего имени я не знаю.

Палец Эванса бегал по странице.

— Ага, вот он, сэр. Диппен Нэк. Живет на улице Нассау. — Он поднес книгу Капеллу и показал тому имя и адрес.

— Прекрасно. Что ж, такой человек существует, уже хорошо.

Жены и детей нет. Скажи-ка мне, Лоуренс, помнишь ли ты имена сыновей Суонскоттов? Их действительно звали Тоби и Майкл?

— Кажется, так, но позвольте мне заглянуть в бумаги, — это наверняка записано.

Эванс подошел к картотечному шкафу и начал рыться в бумагах.

Мэтью ерзал на стуле — насколько это вообще было возможно. Берри издала какой-то сдавленный звук — нечто среднее между криком боли и ругательством. Мисс Леклер все еще держала ее за волосы железной хваткой.

— Прошу вас, сэр, — обратился Мэтью к Капеллу, — нельзя ли ее отпустить?

— Нет, — последовал ответ, — но, полагаю, хватку можно ослабить.

Чарити? Одной руки достаточно.

— Нашел, сэр! — объявил Эванс и склонился над ящиком, что-то читая. — Да, их звали именно так. Но погодите! — Он замолчал. — А вот это уже интересно, — сказал он таким тоном, что Мэтью вновь захлестнула волна ужаса. — Похоже, у Суонскоттов был…

Так, похоже, это шанс! Только бы не прибили за то, что заговорил без спросу.

— …Третий сын, да, я знаю. Младенец, который умер сразу после рождения.

Эванс молчал, все еще читая.

— Ну? — спросил его Капелл.

— Он прав, сэр. Здесь приписка. Согласно записям из лондонской клиники, у них действительно был сын, умерший вскоре после рождения. — Эванс поднял желтый свиток. — Желаете взглянуть?

— Нет. — Капелл заулыбался. — Диппен Нэк, значит? Мэтью мог узнать о третьем сыне только от члена семьи. То есть от четвертого сына! Приемного, конечно же. Логично? Масочник — это констебль! Ну разумеется! Может сколько угодно разгуливать по ночам, выслеживать жертв, а потом… — Он чиркнул пальцем по горлу.