Королевская кровь 12. Часть 1

— А в этом есть, — согласился дракон, и она с благодарностью оглянулась на него, отвлекающего от тяжелого продвижения вперед.

Впрочем, она понимала, что для этого он и говорит — как и Тротт, который, конечно, травил байки не с таким легкомыслием, как Четери, но ухитрился рассказать полную классификацию стихийных духов и нежити. Говорит не только для нее, Алины, но и для них всех — потому что устают все, даже бесконечно выносливый дракон и двужильный, не жалеющий себя лорд Макс, а глупые, забавные, где-то раздражающе несоответствующие ситуации байки помогают не сойти с ума, сохранить присутствие духа.

Но говорить громко было нельзя, а когда они бежали, и вовсе нужно было беречь дыхание — и тогда, в часы тишины, Алине казалось, что вся жизнь состоит из пробирания по каким-то непроходимым местам с перерывами на бои, и что до портала они не доберутся никогда. И что им обязательно не повезет, и придется-таки рисковать и оставаться на день в этой траве.

Незадолго до рассвета, когда они все уже валились с ног, а принцесса спала на ходу, Тротт долетел до леса над обрывом и вернулся.

— Еще горит, — сказал он. — Лес почти уничтожен.

Придется прятаться.

— Как будто в первый раз, — вымотанно повторила Алина. Ей уже было все равно, где лечь спать — но они еще все вместе плели шалашики подальше от полос, проложенных охонгами для водопоя, набирали воду в фляги, перекусывали тем, что осталось в сумках, намазывались мазью, данной им тимавеш, чтобы отбить нюх у инсектоидов, и, наконец, залегли в убежищах, чтобы переждать этот долгий день.

Пятая принцесса дома Рудлог лежала в илистой жиже на боку, подложив под ухо крыло и прислушиваясь к происходящему вокруг.

Сквозь высокую траву пробивалось слепящее солнце, плескала близкая река, звенел гнус, лез в рот и нос так, что снова пришлось замотать их тканью.

— Почему нас не кусает мошкара? — шепотом спросила Алина у лорда Тротта. Тихо-тихо, чтобы никто снаружи не услышал. — Я только что сообразила, что меня ни разу не укусили тут. И вас ведь тоже нет, да? И Четери? — она кинула взгляд за плечо Тротта, туда, где в траве скрывался дракон. — Это из-за нашей крови? Потому что мы из другого мира?

Тротт повернул к ней голову: он лежал на спине, подложив под затылок крылья, полускрытый полосой травы и измазанный настолько, что Алине просто не хотелось думать, как же грязна она сама и как воняет гарью и рыбно-тинным илом.

— У меня другого объяснения нет, — тихо сказал он. Из-за грязи и тряпки на лице зеленые глаза выделялись особенно ярко.

Сквозь траву она заметила на его лбу бисеринки пота и сразу ощутила, насколько пересохли ее губы. Облизнула — потому что было ужасно жарко и душно. Речной ил нагрелся за время, которое они отсыпались, и охлаждению не способствовал.