Королевская кровь 12. Часть 1

Враги были сверху, враги были снизу — так много, что принцесса вновь провалилась в ледяную собранность, и пусть сердце стучало все сильнее, но страх теперь ощущался как что-то незначительное и отдельное от нее.

Путники так и двигались по стволам, зажатые между строящимся каналом и заполненным водой рукавом в узкой полосе папоротников.Близко к берегу не подбирались — но Алина видела, что от канала то и дело отходят небольшие заводи, заваленные деревьями, и по-прежнему ловила взглядом в воде какое-то шевеление, как будто там плескал кто-то крупный.

На ее глазах в такую заводь опустилась большая стрекоза, сворачивая запятой брюшко — на рудложских реках стрекозы так же откладывали яйца, и, видимо, здесь процесс размножения не сильно отличался от туринского.

— Но если есть яйца, то должны быть и… — пробормотала принцесса, пролетая дальше, и не закончила — дернулась от страха.

На стволе у реки застыла огромная черная бескрылая стрекоза — размером с половину дерева, в три этажа, не меньше. Но глаза ее были пусты, и когда они пролетели мимо, Алина поняла, что это перелинявшая нимфа — личинка стрекозы, пустая оболочка, вскрытая на спине.

Такие оболочки стали попадаться все чаще, а то и несколько, со всех сторон ствола. Увидела принцесса и как из воды выбирается мокрая нимфа, чтобы застыть на папоротнике, и процесс линьки — вылупления молодой стрекозы из спины такой закаменевшей личинки. Это было отвратительно и прекрасно, и Алина еще долго оборачивалась, чтобы посмотреть, как новорожденная, оставаясь на стволе рядом со сброшенной во время линьки шкурой, расправляет крылья, чтобы просушить их.

Тротт тоже оглядывался туда — а потом поймал взгляд Алины и покачал головой.

И она словно услышала его голос.

«Не время. Но я понимаю вас».

Раньяры то и дело опускались, чтобы отложить яйца, вода в рукаве вскипала, и Алине казалось, что там мелькают огромные клешни и челюсти. И теперь она уже понимала, кто это.

В один из переходов Алина увидела, что деревья на соседнем острове теперь обклеены широченным, в несколько метров, слоем чего-то непонятного, больше всего похожего на светло-бурую монтажную пену, превращавшую гигантские папортники в пирамиды с пышной шапкой листьев.

То и дело попадались стволы с остатками этой пены, будто ошметками. Они и мелькали в этих лесах, когда путники смотрели на них с обрыва над рекой. Но понимания, что это такое, не появилось.

Ветер становился все сильнее и все оживленнее было движение внизу и сверху — очень сложно было двигаться, не привлекая ничье внимание. Попадались целые лагеря со жрецами — Алина с содроганием увидела на одном таком большой валун, покрытый бурыми подтеками, и еще ускорилась, словно за ней гнались все армии этого мира.