Восход. Солнцев. Книга IV (СИ)

— Солнцев. Твою ж мать… — выдохнул Весемир и хлопнул меня по плечу. — Вот же ты черт везучий! Пойдем, расскажешь мне все.

Уж не знаю, что там в голове у подполковника, но мне на плечи накинули его китель, когда мы оказались в шатре. Налили горячего чая и даже предложили покурить. Это всего лишь небольшая передышка перед следующим выходом и теперь уже к основной цели.

Пока в части продолжалось кипение, я сидел и попивал чаек. Выдал все как на духу: про то, как нашел Майорову, спас ее, свой план и про то, что основная часть монстров уничтожена благодаря моему гению.

— Боря… — выдохнул дым Трутень. — За Сашу… Хм-хм… Капитана Майорову, личная от меня благодарность! Проси все что захочешь. Я даже могу тебя освободить от службы и зачесть весь срок. Все, как нужно, в твоем соглашении с Марковыми.

Как же я хотел услышать эти слова. Наконец-то смогу заняться своим родом — словно елей на душу. Но это было еще не все, по окончании операции и передвижения стены, которое будет происходить без лишних глаз, меня ждет еще одно повышение. И после этого я стану самым молодым офицером в истории империи.

Но это еще не все. Есть и ложка дегтя в этой бочке меда. Мои ребята таких поблажек не получат. Для них сохраняются условия, которые мы обговорили с Долгоруковым. Как бы я ни пытался уговорить Трутня, он, как упертый баран, отказывался.

Пришлось согласиться, что ребятам еще несколько месяцев нужно потоптать сапоги, и они тоже честно отдавшие свой долг родине. Пока я смогу подготовить почву для своих планов.

— Маг? — вдруг спросил меня Весемир.

— Жив! Пока еще… — поставил чашку на стол. — Думаю, после моей пощечины с монстрами он скоро заявит о себе.

— Я такого же мнения, — кивнул подполковник. — Боря, давай отправлю с тобой хоть тысячу? Уж не обижайся, но не верю, что ты способен с ним в одиночку справиться.

— Ваша поддержка и уверенность всегда мотивировали меня на подвиги! — дернул я щекой. — Мое мнение не изменилось. У этого урода какой-то ко мне интерес. Если бы он хотел открытой конфронтации, то уже бы дернулся с монстрами.

— Знаю, — выдохнул дым Трутень. — Просто…"

"Повисло молчание. Ну, а что тут еще добавишь? Мотивы мага до сих пор непонятны. И теперь стали грызть сомнения. А не хотел ли он, чтобы я сделал то, что сделал? Паранойя охватила меня.

Сейчас, после своего гениального плана, я уже начал думать по-другому. Почему мага не было с его «армией»? Он должен был меня почувствовать. Из-за чего не действовал?

Как же достало копаться в причинах поведения мага-урода. Еще Ольга, что он там с ней делает? Даже не знаю, что меня больше взбесит: если он ее изнасилует или в монстра превратит?

— Солнцев? — вырвал из дум подполковник.