Восход. Солнцев. Книга IV (СИ)

Ничего удивительного, любовь всей его жизни, будущая мать его ребенка, хоть он об этом еще не знает, покинула Борзова…

— Профессор просил передать, что зелье будет действовать долго. Это первый прием, твоя железа только настраивается и адаптируется. Она тратит почти всю магию, чтобы усвоить эликсир и развиться.

— Спасибо! — хлопнул я парня по плечу. — Отличная новость, которая очень поможет в этой дуэли.

Борзов посмотрел на меня с грустью и опустил голову. Меня тут убить могут, а его беспокоит, что баба свалила? Мои люди радуют. Команда мечты…

Вышел Трутень, за ним несколько военных. Народ уже уселся на места. Под конвоем притащили Вяземского и его помощничка, Даниила Лукича. Подполковник встал с генералом, Суханову освободили руки.

Даниил улыбался и смотрел на меня. Вяземский о чем-то спокойно разговаривал с Весемиром. Военные, которые привели «мятежников», один из них стал моим секундантом, второй — Суханова.

Трутень достал журнал для дуэлей и записал данные участников. Судя по настроению публики, все ждут быстрой победы Суханова. Подняли купол, и мы зашли внутрь. Спросили, на чем я выбираю сражаться, так как именно мне бросили вызов. Только в этот момент Весемир отвлекся и внимательно посмотрел на меня. Когда я сказал, что магию, он улыбнулся и снова переключился на Вяземского.

— Мальчик! — обратился Даниил. — Если ты не будешь сопротивляться, убью быстро и безболезненно. Ну, а попытаешься что-то сделать — мучения перед смертью будут страшны.

— Спасибо, дяденька, — улыбнулся я Суханову. — Давайте сразу перейдем к тому, где я буду страдать и молить о пощаде. Не хочу играть с вами. Настроение сегодня… так себе.

— Я тебя понял… — мужик перевел взгляд на генерала, который до сих пор говорил с Трутнем. Тот ему кивнул.

Прозвучал сигнал к началу поединка. Мой оппонент смещался к границе артефакта, я смотрел на него. Магия? Отсутствует! Варианты? Значит, руками.

Мышцы на ногах напряглись, и я полетел на Даниила. Со всей силы ударил правой в печень, а левой, придав скорости корпусом, выдал в челюсть. Что и требовалось доказать. Уродец выставил защиту. Урона я ему не нанес, но то, что голыми руками ее смог развеять, удивило не только меня.

Суханов выпучил глаза, его поразило, как ученик способен сделать такое с мастером. Долго радоваться своему небольшому успеху не пришлось — меня откинуло в обратную сторону. Стоило Суханову поднять руку, воздушные серпы один за другим врезались в мое тело. Была бы хотя бы магия звука… А так располосовало по самые немогу.

Кровища себя не заставила ждать. Надеялся, что сейчас подключится отросток и даст мне силы, заживление, как это бывало до этого. Но, они, видимо, вместе со вместилищем вышли на перекур.