Край Галактики. Трущобная Крыса (СИ)

— Обезврежено, — произнёс боец.

— Проклятье! Да помогите же Нихиру кто-нибудь! Не хватало нам ещё хакера потерять!

На то, чтобы сделать перевязку и дать обезболивающее, ушло минуты две. Следующие три пришлось потратить на то, чтобы успокоить паникующего Нихира. Хакер никак не мог принять мысль о том, что остался без руки. Даже попытки успокоить его, сказав, что протез ничем не хуже, лишь усугубили депрессию. Пришлось Калантару отвесить бедолаге «леща», чтобы хоть немного привести в чувство.

После этого отряд двинулся дальше. Теперь они двигались медленно, а идущие впереди разведчики смотрели во все глаза и прислушивались ко всем шорохам.

Теперь им было известно, что охранные системы, пусть и частично, но сохраняют функциональность.

Мэд по-прежнему двигался в хвосте группы, но теперь это нисколько не успокаивало молодого гопа. Он даже переключился на зрение «паука», чтобы воспринимать больше деталей из мира вокруг. Приходилось, конечно, зажмуриться, чтобы мозг не закипел от того, что видит одновременно две совершенно разные картинки, но это того стоило. По крайней мере, именно Мэд первым заметил «неправильность», присущую одной из стен, вдоль которой они шли.

И эта деталь спасла их шкуры от неминуемой гибели…

«Клаппер» видел реальность не так, как человек. Для него цвет означал различие в плотности и молекулярном строении. Живая плоть людей воспринималась им как слабая серая дымка. Металлы бронежилетов и оружия светились ярким золотом, а камень здания озарял мир вокруг мягкой салатовой паутиной. В общем, реальность глазами «паука» выглядела очень даже приятно, если не сказать, красиво. Мэд шагал, полностью положившись на зрение своего подопечного.

Тем более, что свои собственные глаза мало что различали. Фонарики членов отряда светили куда-то вперёд, а он, разместившийся в хвосте был вынужден опираться лишь на слабые отсветы, которых едва хватало, чтобы не спотыкаться на каждом шагу. Теперь же, когда к его услугам было полноценное зрение «Клаппера», Мэд отлично видел всё в деталях, пусть и всего на полтора десятка метров.

Беззаботное разглядывание местных красот продолжалось недолго. Когда ровный салатовый оттенок стены сменился грязно-зелёным, мутным, Мэд ощутил беспокойство.

Это было странным и… пугающим? Идущие первыми бойцы как раз поравнялись с неправильным участком стены. В этот момент в голове Мэда что-то щёлкнуло. Он закричал:

— Назад! Стена слева! Она…

Что именно с ней не так, договорить гопу не удалось. Потому как события ускорились, полностью лишая возможности разговаривать и вдумываться в слова. Пришло время прямых действий, инстинктивных и машинальных по своей сути.

«Грязная» стена прямо на глазах стоящего столбом Мэда потекла вниз.