Край Галактики. Трущобная Крыса (СИ)

Прямо мечта любого лентяя!

Между тем «музыкант» крутанул в руках палочки, пару раз стукнул ими друг о друга, как обычно делают барабанщики и… Прямо перед ним, и справа, и слева начали из воздуха появляться разноцветные диски, состоящие из одного света. Через несколько секунд сидящий чонкигешит оказался за подобием барабанной установки. Максим покачал головой, его удивлению не было предела. А на сцену уже выходил третий участник группы.

Этот щеголял короткими, но всё же рогами! Нисомниец, это был представитель именно этой расы. До этого момента Максиму не приходилось видеть их вживую, поэтому он пригляделся внимательнее. Кучерявые чёрные волосы блестели, длинные клыки сияли, а большие тёмно-синие глаза смотрели на окружающих с весельем. Нисомниец поднял руку, приветствуя зрителей. Второй рукой он крепко держал нечто, похожее на грушу высотой в полметра, из которой в разные стороны торчала дюжина трубок разного диаметра и длины. Больше всего инструмент походил на волынку.

«Классика. Гитара, духовые и барабаны. Да уж, я ожидал чего-то более впечатляющего от цивилизации, которая покорила космос. Интересно, музыка тоже окажется лишь немного отличной от той, что я слышал дома?»

Радость молодого гопа несколько поблёкла. Предупреждение Прайла, эти футуристично выглядящие, но всё же столь знакомые инструменты — всё это складывалось вместе, опуская планку ожиданий всё ниже и ниже. Пожалуй, стоило выпить ещё немного, чтобы хоть немного скрасить предстоящее испытание.

Глоток серизы вызвал новую вспышку радости, отчего Макс уже не так хмуро следил за «гитаристом», который активировал свой инструмент. Тот сразу засиял радугой, а через гриф к корпусу протянулись светящиеся струны. Именно так, струны были созданы не из металла, а представляли собой толстые, диаметром в полсантиметра шнуры света разных оттенков. Музыкант тряхнул головой, положил пальцы на струны. И полилась музыка.

Никаких колонок не было видно. Максиму показалось, что звук лился ему в уши со всех сторон. А некоторые и вовсе будто бы рождались внутри его, выходя наружу, заставляя кожу вибрировать. «Гитара», как оказалось, по своему диапазону больше походила на синтезатор. Ловкие пальцы касались струн, отчего те немедленно меняли свой цвет. Другими становились и звуки. Мелодия, творимая «гитаристом», не походила ни на что из услышанного Максимом ранее.

Привыкший к тому, что всякая современная песня на Земле основана на крайне простой мелодии, которую можно сыграть двумя-тремя аккордами, первые минуты Мэд вообще не понимал, что именно слышит. Самые разные звуки смешивались в причудливом, постоянно меняющемся ритме.