Лекарь Его Величества. Том 2

— Сейчас проверим, — торжественно произнёс Сергей Станиславович, поджигая горелку.

И как только ему это удалось, колба взорвалась.

Сергей Станиславович упал в обморок, а на столе начался небольшой пожар. Вот это мы проверили препарат!

Я быстро принялся разбираться с возникшей проблемой. Прежде всего погасил возгорание специально приготовленной водой, которая всегда стояла в ведре под столом. Как раз для таких случаев.

Так, теперь испарения. Ничего токсичного в этих парах нет, мы использовали абсолютно обычные ингредиенты. Но всё же я открыл окна для проветривания, чтобы пустить в лабораторию свежий воздух.

Теперь надо заняться преподавателем. Когда произошёл взрыв, он стоял как раз в эпицентре, наклонившись к горелке довольно близко. Из-за этого его лицо теперь было покрыто многочисленными порезами от разбившегося стекла, и из них сочилась кровь. Картина, мягко говоря, не очень.

К тому же он находился без сознания. Что спровоцировало обморок — до конца непонятно. Слишком сильная концентрация алхимических ингредиентов, банальное оглушение от взрыва или испуг? С этим разберусь во вторую очередь, сначала займусь его порезами.

Если каждый из них залечивать хирургической магией, это займёт слишком много времени. Поэтому я решил воспользоваться так вовремя изученным навыком с тайного клуба — эхом здравия.

Сергея Станиславовича я знал довольно долго, да и психологическая лекарская магия у меня присутствует, так что должно получиться.

Я сфокусировался на преподавателе и считал момент из его жизни, когда у него ещё не было приобретённых травм. Строго говоря, этот момент был буквально десять минут назад. А затем спроецировал это состояние на Сергея Станиславовича.

В следующие минуты тело преподавателя начало самостоятельно залечивать порезы, «выплёвывая» на пол мельчайшие осколки разбитой стеклянной колбы. А спустя минут пять он пришёл в себя, будучи полностью здоровым.

— Что произошло? — растерянно спросил он.

И этим вопросом он заставил меня напрячься. Это амнезия после произошедшего инцидента или из-за применённого мной навыка? Наверняка Александр Сергеевич не изучил ещё все возможные побочные эффекты. Если мы заставляем тело пациента проживать момент благополучия внешнего, что происходит с его воспоминаниями?

— Колба взорвалась, — осторожно напомнил я, следя за реакцией Сергея Станиславовича.

— Точно! — хлопнул он рукой по лбу. Я тут же выдохнул, дело явно не в применённом мной методе. — И я, наверное, потерял сознание?

— Да, я оказал вам первую помощь, — кивнул я, решив умолчать о микропорезах на его лице. Ведь тогда преподаватель закономерно спросит, как я его вылечил. А ни один из моих навыков не должен быть раскрыт.